Шлегель оторвался от стены, и все снова стало походить на разгульную вечеринку. Слышались крики и смех.

Он подождал еще немного — десять минут, если верить часам. И когда стало ясно, что никто из персонала не собирается утихомирить соседей, снова набрал регистрацию. В этот раз оказалось занято.

Вечеринка становилась все разгульнее.

Патрик врезал кулаком по стене, но шум ни на миг не прекратился. Публицист засомневался, что его вообще услышали посреди такого гомона.

— Эй, тише там! — крикнул он и забарабанил по стене кулаками.

В ответ раздался оглушительный грохот, словно ружейный выстрел, и Патрик отскочил от стены. Из соседнего номера снова донесся смех. Затем залаяли несколько собак.

Тогда Шлегель оделся и сам отправился к стойке регистрации. Он двинулся по безлюдной дорожке, миновал бассейн, прошел к патио и вошел в вестибюль, готовый притащить кого-нибудь к двери двести семнадцатой комнаты, если никто ему не поверит. Даже когда он проходил мимо номера, оттуда доносились крики, смех, громкие разговоры и нескончаемый лай. Удивительно, что никто, кроме него, еще не пожаловался. В коридоре стояла тишина, окружающий мир погрузился во мрак, и в ночном безмолвии шумная комната привлекала к себе все внимание, чего в иное время не случилось бы.

«Сияние».

В холле никого не было, чего и следовало ожидать в такой час. Но за стойкой стояла бодрая девица, чья внешность и поведение никак не вязались с голосом по телефону.

— Простите, — сказал Патрик, приближаясь. — Я из номера двести пятнадцать, звонил вам только что, жаловался на шум в соседнем номере.

— Да, мистер Шлегель! — девушка широко улыбнулась. — Чем я могу вам помочь?

Журналист уставился на девушку, пораженный ее тупостью.

— Не могли бы вы сказать людям в соседнем номере — двести семнадцатом, кстати, — чтобы они угомонились, потому что другим хочется спать? Или, еще лучше, не могли бы вы переселить меня в другой номер, чтобы мне не пришлось больше терпеть какой-либо шум?

Служащая что-то напечатала на компьютере и нахмурилась:

— Из какого, вы говорите, номера доносится шум?

— Из соседнего. Справа. Двести семнадцать.

— Номер двести семнадцать закрыт на ремонт. Там никого нет. И не было с прошлой осени.

— С ума сойти!

— Но это так.

— Говорю вам, я их слышал.

— Очень жаль, сэр, но это просто невозможно.

— Что ж, ладно, предположим, я все это выдумал. Проснулся себе посреди ночи, оделся и пришел сюда, только чтобы разыграть вас? Так?

— Я этого не говорила, сэр.

По ее голосу было слышно, что она готова спорить. Отлично, подумал Патрик. Раз уж эта ночь у него не задалась, то будь он проклят, если сам кому-нибудь не насолит. Поспать ему сегодня вряд ли удастся, и закончится все тем, что он начнет клевать носом во время показа утром. Ему стало не до веселья.

— Что вы сказали? — переспросил он.

— Что там никого…

— Там полно народу.

— Могу вас заверить…

— Как вы можете меня заверять? — стал он допытываться. — Ну? Вы сидите тут всю ночь напролет! А я только что оттуда! Они меня разбудили!

— Этот номер пуст. Там идет перепланировка. Там нет ни мебели, ни света, ничего.

— Может, рабочие устроили там вечеринку. Не знаю. Все, что мне известно, это то, что оттуда слышится собачий лай, крики, молитвы, смех и что-то похожее на выстрелы.

— Молитвы? — девушка побледнела. — Выстрелы?

Он оказался втянут в события, которых не понимал, но которые казались ему ужасно знакомыми. В каком же фильме это было?

— Ну да, — ответил он. — А что?

Служащая покачала головой. Проглянувшие было на ее лице человеческие чувства вновь укрылись под маской сотрудницы.

— Ничего, — ответила она.

Но Патрик не поверил и понял вдруг, почему в этой комнате устроили ремонт, а две соседние остались нетронутыми. Там было совершено убийство, ритуальное убийство. И им пришлось отмывать кровь, разбрызганную по полу, по стенам и потолку.

— А что насчет другого номера? — спросил он. — Можно мне другой номер?

— Сейчас посмотрим, — его собеседница снова что-то набрала на компьютере, подождала немного и покачала головой. — К сожалению, все остальное занято.

— Что ж, можно хотя бы отправить кого-нибудь и просто проверить тот номер? Смотрителя, охранника или кого там еще?

— В этом номере никого нет.

— Я не выдумываю!

— Я и не говорю, что вы выдумываете. Просто сказала, что там никого нет. Но я отправлю кого-нибудь проверить, просто на всякий случай.