Род хлопнул себя по лбу и закатил глаза.

– А что мне остается делать? – фыркнула она. Готовиться к осаде?

– Ну, раз уж об этом зашла речь, – сказал Род, – то да.

– Не забывайте еще кое о чем, – вставил Туан бесстрастным голосом. – Кто будет защищать Ваш тыл от Дома Кловиса?

Она выпятила губу.

– Нищие!

– Нищие и головорезы с очень острыми ножами, – напомнил ей Род.

– Где это видано, чтобы королева испугалась нищих? – фыркнула она. – Да никогда! Они всего лишь пыль под моими ногами!

– То, что ползет во прахе у твоих ног, может оказаться змеей! – рявкнул Бром. – А зубы ее остры и ядовиты.

Она закусила губу и опустила глаза, терзаясь сомнениями.

Затем Катарина вновь выпятила челюсть и прожгла Туана испепеляющим взглядом.

– Так значит ты вооружил их против меня, сколотил из них армию, поставив нищих под свое начало, и выковал из этого сброда кинжал для моей спины! Доблестная работа. Король Бродяг!

Род вскинул голову, на миг замер, уставившись в пространство, затем повернул голову и как-то странно взглянул на Туана.

– Я выступаю в поход, – заявила Катарина. – Вы идете со мной, милорд Логайр?

Старик склонят голову в знак согласия.

– Ты валяешь дурака, Катарина, и скоро погибнешь, но я умру вместе с тобой.

Самообладание на миг оставило Катарину, и на глазах у нее выступили слезы.

Она поспешно повернулась к Брому.

– А ты, Бром О'Берин?

Карлик развел руками.

– Сторожевой пес Вашего отца, миледи, верен Вам.

Она нежно улыбнулась.

Затем она взглянула на Туана, и глаза ее посуровели.

– Говори, Туан Логайр.

Юноша неохотно оторвал взгляд от языков пламени.

– Странно, – задумчиво произнес он. – мне минуло лишь двадцать два года, но оглянувшись даже на столь короткий срок, я увидел несчетное число безрассудств.

Род услышал, как Катарина тихонько ахнула. Туан хлопнул себя по ляжке.

– Ну, что было, то прошло. И если я жил, как дурак, то почему бы мне и не умереть тоже по-дурацки.

Он повернулся и нежно взглянул на девушку.

– Я умру вместе с тобой, Катарина.

Лицо ее стало пепельно-серым.

– Безрассудно... – прошептала она.

– Он и не догадывается, сколь мудры его речи, – буркнул Бром, глядя на Рода поверх плеча Туана.

– Что ты скажешь на это безрассудство, Род Гэллоуглас?

Глаза Рода медленно сфокусировались на Броме.

– Мудрый шут, храбрый шут, – пробормотал он.

– Что ты сказал? – нахмурился Бром.

– Я говорю, что мы, возможно, и выйдем живыми из этой заварушки! – усмехнулся Род, в глазах его бушевало пламя.

– Эй, Король Бродяг, – хлопнул он Туана по плечу. – Если исчезнет Пересмешник и его приспешники, сможешь ли ты перетянуть нищих на сторону королевы?

Лицо Туана вновь ожило.

– Да, наверняка, если только они исчезнут!

Род оскалился в недоброй усмешке.

– Им придется это сделать.

Полная луна сияла высоко в небе. Род, Туан и Том метнулись из тени полуразрушенной стены к развалинам фонтана во дворе Дома Кловиса.

– Из вас обоих вышли бы великолепные взломщики, – проворчал Большой Том. – Ваш топот я услыхал бы за пару лиг.

Убедить Тома пойти вместе с ними оказалось нелегкой задачей. К тому же, Род сперва зашел не с того боку. Посчитав, что преданность Тома идеям диктатуры пролетариата обратилась в прах, едва его заковали в кандалы, Род хлопнул Тома по спине и спросил:

– Хочешь вернуть должок своим приятелям?

Тома нахмурился.

– Вернуть им должок?

– Ага. Они же выперли тебя, да еще упекли в каталажку, верив? А теперь они жаждут твоей крови, разве не так?

Том усмехнулся.

– Нет, хозяин, и в половину не так! Ей богу, они освободили бы меня, едва эта заварушка закончилась бы!

– М-да, – нахмурился Род. – Понимаю. Обученные люди на дороге не валяются.

Лицо Тома помрачнело.

– Ты что-то уж слишком быстро все схватываешь.

– Ну, ладно, что было, то было, – Род обнял великана за плечи, чуть не вывихнув себе при этом руку. – Гм, в таком случае... за что же они тебя заперли?

Том пожал плечами.

– Возникли разногласия.

– В путях и средствах, да?

– Верно. Они хотят покончить с королевой и со знатью одновременно, хотя налицо неравенство сил.