Тайлер часто шутил, что им с Коулом достался настоящий пентхаус – квартира на верхнем этаже, да еще и двухэтажная. Крышу дома давно снесло, так что второй этаж был без потолка. Но все четыре стены уцелели и неплохо защищали от ветра, поэтому днем можно было жить наверху, экономя на свечах и масле для фонаря. И если Тайлер среди бела дня сидел на первом этаже и жег свечу, значит, что-то было неладно.

Коул прошел в комнату, стараясь не топать.

– Где ты был? – вскинулся Тайлер. Он сидел на стуле (то есть на перевернутом ящике, но ящики у них считались за стулья) и раскладывал пасьянс на засаленной колоде, шлепая картами о днище ящика побольше (того, что считался за обеденный стол).

– Гулял. Просто дышал воздухом.

– Ты доделал уроки?

– Я прочитал три главы по истории и две из «Моби Дика». А еще я тут все подмел и вынес помойное ведро. Да ты и сам, наверно, видишь… и чуешь, что не воняет.

Тайлер вздохнул и собрал карты.

– Извини, малыш. Тяжелый день.

– Понимаю. Лови.

Он бросил брату второе яблоко. Уголок рта у Тайлера дернулся в улыбке.

– Спасибо. – Тайлер поднес было яблоко ко рту, но вдруг замер. – А у тебя есть?

– Я свое уже съел. Жуй, не стесняйся.

Брат вечно волновался, что Коул плохо растет, из-за того что плохо ест. Но Коул на этот счет сомневался. Он помнил детский сад – тот единственный год, когда он учился у настоящей учительницы, пока мир не слетел с катушек. Он и там был самым низеньким в группе. Но Тайлер все равно беспокоился. Иногда Коулу казалось, что его брат только на этом и держится – на бесконечных тревогах и проблемах и на слабой надежде, что когда-нибудь ему удастся все исправить.

Тайлер не спросил, откуда яблоко. За деньги и покупки у них отвечал Коул. Тайлер поручил ему это в счет практических занятий по математике, так что Коул без труда мог подкладывать в копилку неучтенные деньги и выставлять на стол лишнюю еду.

Тайлер откусил от яблока, задул свечу и махнул брату – «пойдем наверх». Наверху они вытащили из ящика подушки и старые толстые одеяла и, основательно укутавшись, сели насладиться ускользающим теплом предзакатного солнца.

– Что-то стряслось на работе? – спросил Коул.

– Да все то же самое. Как всегда. – Тайлер помолчал, а потом пристально взглянул на брата. – Ты, когда выходил, ничего такого не слышал? Никаких новостей?

– Типа чего?

На сей раз молчание так затянулось, что Коул не выдержал и переспросил.

– Говорят, в город пробрался заразный, – нехотя ответил Тайлер.

– Опять? Да что же это такое! Третий раз за месяц!

– Угу. Чем дальше, тем хуже. Их, конечно, всегда отлавливают, но сам факт, что им удается проникнуть… – Тайлер покачал головой. – Ты просто… будь осторожнее, ладно? В смысле, когда выходишь.

– Я всегда осторожен.

Тайлер помолчал еще немного, а потом спросил как будто бы невзначай:

– А сколько у нас сейчас денег?

Деланная небрежность тона не обманула Коула: он понимал, что на самом деле брат ужасно волнуется. Их сбережения мало-помалу росли, но, похоже, ситуация в Нью-Чикаго ухудшалась быстрее.

– Четыреста шестьдесят восемь долларов, – ответил Коул.

Тайлер чертыхнулся.

– Скоро мы накопим, сколько надо, – попытался успокоить его Коул. – Вот увидишь, и года не пройдет.

– Когда-то я зарабатывал столько за месяц стрижкой газонов. А потом просаживал все на фильмы и видеоигры.

– У нас все получится.

Тайлер опять замолчал – минут на пять, не меньше. А потом наконец выпалил, не глядя на брата:

– На тебя одного этого хватит.

– Нет!

– Но мы могли бы…

– Нет. Мы или уходим вместе, или остаемся вместе. Если хочешь накопить быстрее, разреши мне тоже работать. Макклинток предлагал мне…

– Нет.

– Но если я тоже стану работать, мы соберем, сколько надо, уже через…

– Нет.

И это был тупик. Коул не желал уходить без Тайлера, а Тайлер не разрешал ему работать на Макклинтока. Тайлер говорил, что для Коула самая главная «работа» – это учеба. В Гарфилд-парке можно сделать настоящую карьеру, как в прежние времена: можно стать врачом, бизнесменом или учителем. Большинство ровесников Коула даже читать и писать не умели, так что у него будет большое преимущество, говорил Тайлер. Коул не понимал, что изменится, если он отвлечется от учебы на какую-то пару месяцев, но на самом деле загвоздка была в другом: Тайлер просто хотел, чтобы Коул держался подальше от Макклинтока.

– Так или иначе, у нас все получится, – сказал Коул.

С вымученной улыбкой Тайлер поднялся и взъерошил волосы брату.

– Сам знаю. Просто я сегодня не в духе. Пора обратно на работу. Сегодня ночью у нас большое дело. Вернусь поздно.

– Я запрусь на ночь.

Тайлер рассмеялся.

– Конечно. И постарайся прочитать еще хоть пару глав, пока совсем не стемнело.

Сказать Тайлеру про лапу Коул так и забыл. Попрощавшись с братом, он еще долго сидел наверху и раздумывал, как добыть денег, пока наконец не вспомнил о сегодняшней добыче. Разумеется, просить денег у этой лапы он не станет – не такой он дурак! Но он достал ее из кармана и повертел в руках, прикидывая, сколько за нее можно выручить.