Шрифт:
И далее голос:
Припустим-ка мы коней на рассвете, будем искать крови врагов! Сожжём-ка мы жилище правителя врагов! Собирайтесь, храбрые юноши!.. [174]И далее:
Крикнув, двинем-ка мы коней! Сшибёмся щитами и копьями. Забурлим и снова стихнем. Пусть жестокий враг сделается мягким, как воск!.. [175]174
См. примечание 170.
175
См. примечание 170.
И далее:
Разъяримся мы, разъяримся, богатырей наших соберём в одну дружину! Снова повернём своё войско, пойдём на врагов!.. [176]Вспомнили старинные песни тюрок; те, быть может, песни, что входили в уши Александра Македонского и Плиния... [177]
Палящее солнце хотело охватить нас. Враг хотел рассеять нас. Наши становища хотел разорить враг. Страшился наш народ! Но привёл наш могучий вождь! Собрал наш род! Теперь не рассеется наш род. Теперь выстраивается наше войско многими рядами!.. [178]176
См. примечание 170.
177
...Плиния...
– Плиний Старший (23 или 24-79 н. э.). Ученый, писатель. До нас дошел его труд «Естественная история», содержащий множество сведений о Древнем Риме, и в частности о жизни в провинциях Рима.
178
См. примечание 170.
Осман хотел смутиться, но почему-то не мог смутиться, не охватывало смущение душу. Ведь ещё не свершил ничего, но казалось почему-то: свершит, свершит!
Пели. Пели голоса:
– Он бился, насколько хватало его сил. Он взывал к людям своего рода. Он приблизился к войску. Он сказал: «Отомстим врагам!» Он от своего сна пробудился. Он взывал к Аллаху. Он упрямым был и сильным. Кто победит такого воина?! На врага он бросился, разгневавшись. Зарычал он, словно лев! Рубил он головы храбрых врагов. Кто его теперь удержит?! Он сражался в битве. Он схватился с великими врагами. Он бился на коне с белым пятном на лбу. Он сказал: «Возьмём город врага!» – Он погасил огонь в очагах врага. Он погнал врага. Порубил, погубил он врагов. А настигла стрела - память жива! Потому что он поднимался на великие, большие дела! Потому что он расставлял столы для пиров. Потому что в холодные суровые зимы Он вселял надежду в души людей!.. [179]179
См. примечание 170.
Эртугрул слушал старинные песни и чувствовал себя совсем старым. Отчего-то вдруг сделались эти старинные песни совсем новы. Песни могут жить очень долго, куда дольше людей. Песни забываются и вновь прекрасными воскресают молодыми... А человек живёт и стареет и уходит один раз! Дале - будет память или не будет о нём памяти. А песня ожила молодая. Та самая песня, которую пели звонкими голосами воины тюрок на свадьбе Двурогого Искандера с прекрасной Роксаной-красавицей!.. [180]
180
...Роксаной-красавицей...– Роксана (Рохшан?) - дочь среднеазиатского правителя, жена Александра Македонского (356-323 до н. э.).
– Оно наше! Эй ты! Сорок стройных красавиц мы увели! Бизимдюр!
– Они наши! Эй ты! Сорок йигитов твоих мы увели, сыновей твоих увели! Бизимдюр! — Они наши! Эй ты! Орлиных твоих коней, караваны твоих верблюдов мы увели! Бизимдюр!
– Они наши!.. [181]
И дале:
181
См. примечание 170.
– Послушай, - сказал Осман отцу, - а ты ещё силён и голос твой зычный. И не пойму я твоих слов о времени. Ты не кажешься мне усталым.
182
См. примечание 170.
– Может быть, я и гляжусь тебе сильным, но время моё минуло.
– Сколько лет ты твердишь мне такие слова о времени твоём и моём! Грех мне спорить с тобою, с моим отцом, но я столько лет слышу твои слова о времени, а они остаются для меня всего лишь словами. Растолкуй мне, что же они значат?
– Значат, что я исполнял то, для чего, должно быть, был рождён.
– То есть у тебя не осталось сил для дальнейших деяний? Нет, я не верю в это. Я повторяю: ты силён.
– Я и не говорю, что я слаб. Я говорю, что я исполнил свой долг в этой жизни.
– Зачем ты хочешь отойти от жизни? Ты ведь её видишь и понимаешь. Ты ещё многое мог бы сделать, совершить...
– Для меня уже многое неясно!
Эртугрул замолчал, не договорив. Осман посмотрел на отца, глаза юноши вдруг сделались пристальными.
– Отец! А я ведь понял, я догадался, почему ты передал мне власть, а сам будешь всего лишь стоять за моей спиной, направляя меня. Я догадался. Ты больше не хочешь, не желаешь иметь всю полноту власти в своих руках. Только и всего! Всё дело - в твоём желании, или, вернее, в твоём нежелании. Ты не хочешь. Или возможно сказать, что, напротив, ты хочешь... И когда я понял это, я подумал и о своих желаниях и нежеланиях... А чего хочу я? И чего я не хочу?