Проехав целый квартал и миновав Уиллард-стрит, Эбби снова посмотрела в зеркало. Фургон по-прежнему двигался за ней. Но тот ли это наглый водитель, о котором говорила женщина на мосту? Тогда Эбби не удостоила машину внимательным взглядом, заметив лишь цвет. Ей почему-то стало не по себе. Возможно, ее состояние никак не было связано с бордовым фургоном. Проехала по мосту Тобин, вспомнила смерть Кунстлера. Потом смерть Аарона.

Повинуясь импульсу, Эбби свернула на Мерсер-стрит.

Фургон свернул туда же.

Эбби вывернула влево, на Кэмден, затем вправо, на Оберн-стрит. Она впилась глазами в зеркало заднего обзора, почти ожидая, что фургон появится. Только снова вывернув на Брэттл-стрит и не увидев фургона, она облегченно вздохнула. Ну и трусиха!

Она свернула к дому, потом в знакомый проезд. Марк еще не возвращался. Это ее не удивило. Невзирая на дрянную погоду, они с Арчером решили устроить новый тур водных гонок вокруг буя. Марк сказал, что плохая погода настоящему яхтсмену не помеха и отменить гонки их может заставить только ураган.

Эбби вошла в дом. Внутри было сумрачно. Из окон лился неяркий светло-серый свет пасмурного дня. Эбби уже собиралась включить настольную лампу, как вдруг услышала негромкое тарахтение автомобильного мотора, доносившееся с Брустер-стрит. Она выглянула в окно.

К дому приближался бордовый фургон. Поравнявшись с проездом, машина поползла еле-еле. Похоже, водитель фургона внимательно разглядывал машину Эбби.

«Запереть двери. Немедленно запереть двери!»

Эбби подбежала к передней двери, лязгнула тяжелой задвижкой и дополнительно закрылась на цепочку.

А задняя дверь? Она заперта?

Эбби бросилась в кухню. На задней двери не было задвижки. Только врезной замок с кнопкой фиксации. Эбби нажала кнопку и пододвинула к двери тяжелый стул, подперев им дверную ручку.

Вернувшись в гостиную, она встала за шторой и осторожно выглянула в окно.

Фургон уехал.

Эбби вертела головой, оглядывая улицу. Никого. Только мокрые тротуары.

Она не стала задергивать шторы и включать свет. Сидя в темной гостиной, она ждала, когда фургон появится снова. Может, заявить в полицию? Но что она скажет? Ей никто не угрожал. Эбби просидела так почти час. Ни фургона, ни Марка.

«Ну возвращайся, — мысленно просила она. — Слезь со свой дурацкой яхты и вернись домой».

Эбби представила, каково сейчас Марку на палубе «Моего пристанища». Ветер хлопает парусами. И вода. Вода сверху, вода вокруг. Бурлящая вода под серыми небесами. Похожая на речную. Совсем как под мостом Тобин, где утонул Кунстлер.

Она позвонила Вивьен. Там еще сидели бабушкины гости. В трубке слышались раскаты смеха и громкая китайская речь.

— Эбби, я тебя очень плохо слышу. Повтори свой вопрос, — попросила Вивьен.

— В команде трансплантологов работал еще один врач. Он умер шесть лет назад. Ты его знала?

— Да, — выкрикнула Вивьен. — Но, по-моему, это было не так давно. Года четыре.

— Ты что-нибудь знаешь о причинах самоубийства?

— Это было не самоубийство.

— Как?

— Подожди немного. Я перейду к другому аппарату.

Эбби не знала, сколько ей пришлось ждать. Все это время из трубки доносились всплески смеха и речь, в которой Эбби не понимала ни слова. Наконец Вивьен подняла трубку другого телефона.

— Да, бабуля, я взяла. Можешь вешать.

Смех и китайская речь смолкли.

— Ты сказала, это было не самоубийство. Тогда что?

— Отравление угарным газом. В системе отопления возникла неисправность, отчего в доме начал скапливаться угарный газ. Этот доктор не один погиб. Отравились его жена и маленькая дочка.

— Постой. Ты ничего не путаешь? Я говорю о человеке по имени Лоренс Кунстлер.

— Не знаю я никакого Кунстлера. Должно быть, это случилось до моего прихода в Бейсайд.

— А тогда кто отравился угарным газом?

— Анестезиолог. Работал на месте Цвика. Имени не помню, а фамилия вертится на языке… Вспомнила. Хеннесси.

— Он работал в команде трансплантологов?

— Да. Совсем молодой. Его только-только приняли в штат клиники. Но проработал он недолго. Помню, как-то перед смертью говорил, что подумывает вернуться обратно на Запад.

— Ты уверена, что это был несчастный случай?

— А как еще называть отравление угарным газом?

Эбби смотрела на пустую улицу и молчала.