Может ли оказаться, что за меня попросил его брат? Все же господин Каин был ввиду своего «юного» возраста несколько… живее, что ли? Или может, заметив меня в коридоре, плачущую, со своим сыном решила поговорить мадам Бланш? Хотя, глава мог и сам решить, что будет лучше, если я останусь у него в долгу. Скорее всего, ткнет меня в эту правду по истечении моих трех лет.

Сейчас мы сидели в господской библиотеке, хранившей наряду с вековой мудростью в своих стенах эту особенную благоговейную тишину, которую было запрещено нарушать простым смертным вроде меня. Но Франси видела в моем взгляде, который я в последние минуты все чаще стала отводить от книги, что я уже близка к тому, чтобы затронуть опасную тему. Может, я и не разбиралась в психологии, но сейчас знала точно, Франси боится разговоров о ее кратковременном отпуске. Но что именно могло произойти…

— …если бы ты это видела. Вещи летали так, словно эти двое внезапно оказались на орбитальной станции.

В зал вошли три служанки, каждый день в это самое время убирающие библиотеку. По-хорошему, нам нужно было отчаливать и освободить им пространство, потому что мы сами были на положении прислуги и возмущаться по поводу их громкой болтовни или не уместного появления не имели прав.

Было видно, как Франси вздыхает с облегчением, понимая, что опасность ненужного ей разговора миновала. Однако когда она поднялась, я покачала головой. Не так скоро. И если хранительница подумала, что меня так заняла история Тристана и Изольды, то она ошиблась. Мне было интереснее послушать свежие сплетни, чем дочитать легенду.

— А чего ты так удивляешься…

Остановившись, девушки безразлично провели своими ничего не выражающими взглядами (такие были в арсенале всех нечеловеческих обитателей палат сих) по нам и мебели, пытаясь представить объем работы, после чего скрылись за стеллажами. И мне пришлось обратиться в слух.

— …скандал стоит в ее расписании сразу после вечернего массажа.

— Нет, милая, не такой, как в этот раз. Берта не даст соврать, она убирала гостиную вместе со мной.

— Ковер пришлось выкинуть. По-моему это все же вдова Клико.

— А я говорю, Дон Периньон.

— Это и не важно. В конце концов, это был не первый и не последний ковер, зуб даю.

— Не знаю… когда она уходила, это было, как последний раз.

— То есть, как и всегда. Пусть меня простит глава, но его пассия не в пример очаровашке Вивьен.

— Ой, да все они такие поначалу. Вспомните, она впорхнула в этот дом аки райская птица. Такая вся из себя кроткая и любезная. Но, как говориться, в тихом омуте. Ты видела бедняжку Сью? Она просто сказала синьоре, что шелк заменили атласом в эти чертовых шторах, отчего потом не досчиталась зубов.

— Да что там Сью! Она пытается и его дрессировать!

— Судя по тому, как она бежала к машине, он — крепкий орешек.

— Не думаю, что ее сможет долго терпеть даже собственный отец. Уверяю, пара недель, и она вернется.

— Твоя правда, сколько уже раз она уносилась в закат? Все еще мыслит себя героиней бульварного романа.

— И как он ее терпит?!

— Молча.

— Да, это он умеет.

Ха-ха-ха. Хи-хи-хи.

Поднявшись с места и оставив книгу на столе, я пошла к выходу. Главную новость на сегодня мы узнали, не думаю, что стоит и дальше мешаться под ногами, рассчитывая на что-то большее.

— Господин Аман поссорился со своей невестой? — Пробормотала я, когда мы спускались по лестнице в фойе.

Судя по тому, как Франси помедлила с ответом, «поссорился» не самое подходящее слово.

— Иногда… госпожа Адель навещает своих родственников. И тому могут служить различные поводы.

Например, ссора с женихом, добавила я мысленно.

Не удивительно, что они не находят общего языка. Глава и его суженая друг друга стоили, никто из них не уступает другому в гордости, силе, красоте… ни в чем, так что их столкновение — всего лишь вопрос времени. И, думаю, бегство Адель ни к чему не ведет, это просто отсрочка следующего неразрешимого противостояния.

В двух словах: замкнутый круг.

— А ты не знаешь… что послужило причиной этого скандала? — Допытывалась я, получив в ответ логичное:

— Какое это имеет значение?

— Да никакого, на самом деле. — Бросила я, виновато улыбаясь. — Так. Интересно.

Судя по тому, как она на меня посмотрела, тут же отведя свой нахмуренный взгляд, Франси знала больше, чем хотела показать. Но я не стала настаивать, прибегая к силе своего воображения. Думаю, истерика госпожи Адель родилась на пустом месте, которое очень привлекло скучающую аристократку…

То, что произошло в следующий момент, миновало стадию понимания.

Я видела, как передо мной распахивается дверь, придерживаемая рукой Франси. Я переступила порог, покидая главный особняк, а потом… отправилась в свободный полет и завалилась на холодный мрамор ступеней, прижатая чужим телом.

Выстрелы? Пугающий, отвратительный звук из далекого прошлого.

Крики команд.

На особняк напали? Кто мог отважиться на столь мучительное самоубийство? И сколько их там? Десять? Пятьдесят? Может и все сто.