Где-то я читал о птицах, которые не умели ходить по земле и могли только летать. Зенон иногда представлялся мне такой изломанной птицей, которую заставили спуститься с неба.

Я устроился на каменном блоке, под навесом, который образовывал выступ еще одной плиты, положенной сверху. Сюда не задувал ветер, не попадал свет от фонарей, а также взгляды остальных. Здесь я мог наблюдать за всеми и показываться им только по своему желанию.

Наша компания молчала, за прошедшие полчаса никто не произнес ни слова. Только скрежетал ножом по камню Власис, и шлепал кроссовками по камням Тим наверху. Еще слышался далекий ровный гул шоссе за домами, иногда лаяла собака в соседнем дворе, или раздавались приглушенные голоса.

Пятый «друг» – Янс – появился из темноты подворотни через сорок минут нашего мрачного молчания. Высокий, крепкий, стриженный так коротко, что сквозь «ежик» на его голове просвечивала кожа. Круглая физиономия с широким носом, массивной челюстью и покатым лбом с первого взгляда казалась добродушнейшей. А вечная улыбка, как будто приклеенная к его красным губам, слегка отвлекала от темных глаз – холодных и расчетливых, впрочем, их выражения почти никто не замечал.

Мне он не нравился, но вызывал острое любопытство. Как опасный хищник, который прикидывается кротким зверьком.

– Привет руферам! – (еще он иногда называл нас крышеры, крышнеры…) сказал он весело, приближаясь к нашей угрюмой компании.

Тим с верхотуры ответил коротким кивком, Власис надвинул ниже на лоб замызганную шапку, задумчивый Зенон молча посмотрел в его сторону. Я в своем убежище не пошевелился.

– Чего такой кислый вид? – спросил Янс, оглядывая всех по очереди.

Чтобы разглядеть Тима, балансирующего на краю плиты, ему пришлось задрать голову, и я увидел шрам на его шее – тонкую белую линию.

– Фил разбился, – холодно ответил Зенон, прислоняясь к камню другим плечом, – вчера.

– Где? Как? – тут же прищурился наш старший друг.

– Лазил на высотку – «печатную машинку», это не наш район, говорят, местные измазали трубы солидолом. И он сорвался. – Власис с размаху вогнал наточенный нож в доску и снова потянулся к своей шапке.

– Значит, сам виноват. Нечего было туда соваться, – сделал вывод Янс и, как показалось мне, расслабился. – Ладно, хватит ныть. Вы-то живы. А я здесь по делу. Кто из вас лучше всех лазит?

– Мэтт. – Зенон, не оглядываясь, указал большим пальцем поверх плеча в сторону моего укрытия.

– Почему это Мэтт?! – тут же возмутился Тим и в два прыжка спустился на землю. – Я быстрее, и ловчее, и…

– Голова у тебя как одуван, с крыши сдует. – Янс отвесил ему необидный щелбан, заставляя замолчать, и окликнул меня: – Давай отойдем. Поговорим.

Я выбрался из-под навеса плит и пошел следом за ним. Остальная троица проводила нас настороженными взглядами.

Погода портилась, начал накрапывать мелкий дождь. Он касался моих волос, лица и открытой шеи быстрыми ударами мокрых лапок. Ветер задувал в рукава куртки.

Как только мы отошли в сторону, подальше от остальных, в темную, пустую подворотню, Янс спросил:

– Отель «Элизиум» знаешь?

– Конечно.

– Надо забраться на тридцать седьмой этаж. Центральное окно.

– Зачем?

– Там остановился один человек. Он без спроса взял у моего друга важную вещь. Ее необходимо вернуть.

– Какую вещь?

– Не твоего ума дело, – ответил он резко и тут же смягчил тон, снисходя до объяснения, туманного впрочем: – Нужную. Если поможешь вернуть, мой друг хорошо заплатит.

– Как я попаду внутрь?

– С помощью этого. – Он подал мне прозрачный пакет, в котором лежала плоская универсальная отмычка. – Откроешь окно, войдешь. Возьмешь вещь. Она должна быть в ящике стола. Он тоже заперт, но ты отопрешь его этим же. Все понял?

– Хозяин не явится?

– Нет. Он в это время сидит в баре. Почти до утра. Еще вопросы?

– Когда нужно идти?

– Сейчас. И ведь ты помнишь, сделаешь все как надо – получишь хорошие деньги. – Янс все еще улыбался, но его глаза сверлили меня как два стальных бура, еще немного и искры полетят. – А сотворишь глупость – пеняй на себя, я предупреждал.

– Я помню.

– Вот и славно. Когда вернешься через пару часов, встретимся на этом же месте. – Янс хлопнул меня по плечу и удалился.

Я подождал немного и направился в сторону проспекта, но далеко уйти не успел. Меня догнал запыхавшийся Власис. Его шапка была сдвинута на затылок, волосы мокрыми сосульками свисали на щеки. Значит, дождь усилился, я, стоя в сухой подворотне, этого не заметил. Плохо. Лезть будет сложнее. Худое лицо моего друга выражало предельную тревогу, даже нос заострился, а вокруг глаз залегли густые тени.