— Может, и подключен… Что ты надумал, Андрей?

— Для начала мне нужно переговорить с Антоном. — Бушмин взвесил в руке связку ключей, которую он изъял у шофера Ломакина. — Щиток, с которого можно отключить сигнализацию, на месте?

— А куда ему деваться, на старом месте…

— Каким ключом отпирается?

— Торцевым, — после паузы сказал Савельев. — Ты бы убрал ствол в сторонку, Андрей, а то еще шмальнешь ненароком…

— Повернись! — скомандовал Бушмин. — Стань затылком ко мне! Руки в карманы… Глубже, вот так…

— Кончать будешь? — обреченно пробормотал Савельев.

— Зависит только от тебя, — веско сказал Бушмин. — Топаем дружно наверх, к входной двери… Без фокусов, ладно?

Они поднялись площадкой выше. Бушмин, приставив смертоносную сталь к затылку охранника, оторвал на секунду пальцы от его воротника, решительно ткнув кнопку сигнального звонка.

Если он ошибся в своих предположениях хотя бы только в отсутствии контролирующей вход телеаппаратуры, то внутри его ждут крупные неприятности.

Прошло несколько долгих томительных секунд, прежде чем из встроенного динамика послышался голос Бокия:

— Ты, что ли, Леня?

Савельев аж посерел от страха, ощущая затылком леденящее дыхание смерти. Сверху над дверью, на специальном кронштейне, была укреплена следящая телекамера, и теперь ее стеклянный глаз слепо таращился на двух застывших в напряженных позах людей.

Бушмин вновь сгреб охранника за шиворот, заставляя того приблизиться к встроенному микрофону и толкнуть полагающуюся в таких случаях речь. При этом холодящая кожу сталь переместилась к правой ушной раковине — чуть пониже виска.

— А то кто же еще? — после секундной заминки произнес Савельев. —Давай, Антоша, открывай браму…

— Ну что, Ленчик…

Концовку фразы Бокий проглотил. Вернее, он силился еще что-то сказать, может, хотел что спросить у визитера или, к примеру, поздороваться с ним для начала, но, кроме свистящего дыхания, из его разинутой от изумления пасти более ничего не доносилось.

Человека, материализовавшегося на пороге помещения для сотрудников «лички», звали отнюдь не Ленчик, и фамилия его, стало быть, не Савельев — кому-кому, а Бокию это было известно доподлинно.

Ну а во-вторых, незваный гость, если судить по наличию у него бесшумного спецназовского ствола, в натуре, был хуже самого распоследнего татарина.

— Привет, Антоша, — так же ласково, как несколькими минутами ранее при общении с другим охранником, молвил Бушмин. — Шел мимо, дай-ка, думаю, наведаюсь к бывшим коллегам… У тебя, кстати, какие планы на сегодня?

В ответ донеслось нечто малоразборчивое, что-то среднее между всхлипом и попыткой прочистить запершившее горло.

— Я так и думал, что помирать ты на сегодня не запланировал, — сохраняя спокойствие и не повышая голоса, произнес Бушмин. — Погодка сегодня чудная, да?

Заметив, что Бокий косится в сторону открытой двери, ведущей в коридор офиса, он криво усмехнулся.

— Савельева я попросил обождать в коридоре… У меня, Антон, к тебе сур-рьезный разговор имеется. Но для начала, дружок, давай-ка разоружимся…

Помещение это было чем-то вроде предбанника, пройдя через который можно попасть в апартаменты Ломакина. Однотумбовый офисный стол, за которым, собственно, и восседал Антон Бокий, располагался в дальнем от входной двери углу, почти у самого окна. На его глянцевой поверхности разместились антикварного вида телефонный аппарат, чашка с дымящимся парком кофе и сложенная пополам газетка, каковую, надо полагать, Бокий почитывал, чтобы скоротать время.

Из мебели здесь еще был узкий, с невысокой спинкой диван и журнальный столик, на поверхности которого виднелась стопка каталогов. На стене, по левую руку от Бокия, висит некая техническая приспособа вроде домофона. Можно, не вставая с кресла, ткнуть пальцем кнопку и спросить: «Кто там?» И если ответ, прозвучавший из встроенного динамика, удовлетворит «полкана» или того парнишку, который на пару с Розой составляет штатный персонал «Арт-галереи», то нажатием еще одной кнопки можно дистанционно разблокировать механизм запирания входной двери. Бокий, как на то и рассчитывал Андрей, поленился выйти в коридор и заглянуть в панорамный дверной «глазок» — в качестве перестраховки. Да и с какой стати ему проявлять повышенную бдительность, ежели их служба на пару с Савельевым давно превратилась в рутинное занятие?

Прошло еще несколько мгновений, прежде чем Бокий маленько оклемался. Фактурная образина перестала носить пепельный оттенок, вместе с красками на лицо вернулась маска наглеца и крутого мэна. И в глазах что-то нехорошее промелькнуло, смесь злорадства и удовлетворения. Но хвататься за рукоять пистолета, торчавшую из наплечной кобуры, он пока что остерегался.

Бушмин тем временем сместился к окну. Дела и помыслы Бокия были видны как на ладони. Антон первым делом, естественно, даванул ногой на расположенную под столом педальку — скрытая кнопка сигнализации. Сигнальчик отсюда подается прямиком на дежурный пульт охранного агентства «Балтия», а заодно, в качестве предупреждения, сигнальное устройство зазуммерит и в апартаментах Вадима Ломакина, а может, и еще где-то… Еще одна кнопка встроена в столешницу, но ею Бокий воспользоваться не решился — ручонки по-прежнему держит на виду, дабы не спровоцировать опасного визитера на решительные действия.