Моя сладкая Натали хочет этого.

Видно ли ему, какой я стала влажной?

Я вскрикнула от нового неожиданного шлепка. Он наказывал меня, но это было так приятно. Когда моя попка задралась в ожидании большего, я чувствовала, что мои дрожащие губки открылись его взгляду, а клитор упёрся в молнию его брюк.

Ты хочешь что-нибудь мне показать, любимая?
– издав низкий стон, он раскрыл меня ещё шире.
– Ты безумно красива.
– Вращая пальцем, он погрузил его в мою скользкую сердцевинку.

Я чуть было не кончила - без разрешения.

Он добавил второй палец, увеличивая давление. Потом... ещё один? Он безжалостно вкручивал третий. Я не была уверена, что хочу этого, пока он не прогрохотал:

Прими это для меня.

Всхлипнув, я подчинилась.

О, Боже, да.

Я тяжело дышала, а он трахал меня пальцами, рыча от открывающейся картины. И всё это время он шлёпал меня, впиваясь торчащим членом в лобок и клитор.

Я была так близка к оргазму...

Он вновь и вновь двигал пальцами и шлёпал - пока я не поняла, что больше выдержать не смогу.

Мне... нужно кончить.

С чего бы мне разрешить? Ты хотела меня бросить.
– Удар.

Прошу тебя!

Удар.

Если ты так сильно хочешь кончить..., - он толкнулся в меня выпирающим членом, - используй меня, моя жадина.

Потеряв от желания всякий стыд, я так и сделала, прижимаясь к его твёрдости, принимая его скользкие пальцы и кусачее наказание.

И прежде, чем он простонал:

Боже, женщина, только посмотри на себя, - я уже знала, какую картину представляю собой. Знала, что его потемневший взгляд был неотрывно прикован к моей самой интимной части, заполненной его пальцами.

От этого я ещё больше заводилась, стремясь к своему оргазму.

Я могу смотреть на это всю ночь.
– Шлепок.

Уже на грани, я простонала:

О, Боже, Боже...

Он вдруг резко убрал пальцы.

Твоё наказание не закончено.

Я возмутилась:

Севастьян, нет!
– Никогда ещё он не подводил меня так близко, чтобы потом отвергнуть. От желания меня трясло.

Он схватил меня за бёдра, поднимая на ноги, удержав, когда я покачнулась.

Ты правда думаешь, что я так просто дам тебе кончить? Поощрю твой побег?
– Казалось, его гнев ничуть не убавился, а лишь... сдерживался.
– Отныне удовольствие тебе придётся зарабатывать. И сейчас ты это сделаешь.
– Он повёл меня к шкафу с аксессуарами, развернув к нему спиной.

Я услышала шорох кожи и звон металла внутри, лишь догадываясь, что он там искал. Я пыталась испытывать страх, но ощущала лишь разгорающееся любопытство. Что этот мужчина сделает дальше?

Согни за спиной руки и перекрести запястья, - сказал он.
– Держи так, пока я их не свяжу.

После клуба он ни разу меня не связывал.

Я не знаю...

Ты всё время думаешь, что я прошу, зверёк.
– Он опять меня шлёпнул.
– Подчиняйся.

Быть связанной и беспомощной рядом с этим мужчиной? Почему я так этого хочу?

Скрестив руки за спиной, я держала их там, пока он сковывал их кожаными браслетами. Они были соединены друг с другом, удерживая мои запястья.

Мгновеньем позже мою шею обернула прохладная кожа; я вздрогнула, но он уже

затянул на мне ошейник.

Надеть ошейник и держать на привязи. Кожа спереди изгибалась буквой V, опускаясь до впадинки на моей груди. Изнутри ошейник был выстлан чем-то напоминающим мягкий шёлк. Когда он застегнул его, я вздрогнула.

К наручникам он прикрепил другую полоску кожи, потянув их вверх. Что он собирается...

Щёлк.

Он соединил браслеты с задней частью ошейника. Пытаясь пошевелить руками, я чувствовала натяжение вокруг горла, что - должна признать - лишь усиливало мой трепет.

Не говоря ни слова, он поднял меня на кровать. Я передвинулась на бок, чтобы посмотреть, как он возвращается к шкафу.

Он вернулся с чёрным мешочком, затянутым шнурком, с кляпом и бутылкой масла.
– Лицом вниз, Наталья. Я собираюсь заткнуть тебе рот, а затем распечатать. Прямо как ты мне описывала, когда мы только приехали.

Он хотел анального секса? Сейчас?

Севастьян, ты не можешь.
– Я перекатилась на колени. Будучи такой заведённой и такой любопытной...
– Ты слишком рассержен. Ты причинишь мне боль.нежной угрозой в голосе он произнёс:

Я не причиню тебе боль - в отличие от той, что причинила мне ты своим побегом.

Ты можешь выслушать меня?

Он бросил аксессуары на кровать, и стиснул мой локоть.

Подчинись мне!

Он сильно прижал меня к телу, мои соски впивались в ткань его рубашки. Он вновь целовал мою шею, а его руки спустились вниз, чтобы сжать ягодицы. Он вдавливал меня в свой пульсирующий член - пока мысль о том, что он завладеет моей попкой, не перестала внушать беспокойство.