Он втянул мой клитор в рот.

О, Боже, о, Боже...

Подушечкой большого пальца нашёл мою сердцевинку...

Я взорвалась, напугав саму себя пронзительным криком.

Севастьян!

Давление вокруг пульсирующего клитора рождало во мне волну за волной, а он продолжал сосать и играть...

Заполучив от моей разрядки всё до последней капли, он встал за мной, прохрипев:

Жадина. Кончила без разрешения? Завтра будешь наказана. Сегодня тебе повезло, потому что ты меня очень порадовала.

Я задыхалась:

Ну а теперь-то ты меня трахнешь?

Сегодня нельзя.
– Он гладил себя?
– Кроме того, ты выглядишь так, что... я долго не продержусь.

Правда?

Если бы я надел резинку, то точно бы в неё кончил.

Даже в таком положении я не смогла сдержать смех. Сводящий с ума, потрясающий мужчина!

Упёршись лбом в пол, я повернула голову, чтобы на него посмотреть. Татуировки будто двигались по его рукам, пока эти руки скользили по толстому члену.

Если бы ты знала, о чём я сейчас думаю, красавица...
– выдавил он.

От того, как он это произнёс, от его взгляда у меня подвернулись пальцы ног.

Хочешь, чтобы я отметил тебя своей спермой?
– Он ещё крепче сжал кулак, чтобы сдержать прилив крови.

В ответ я выгнула спину, полностью раскрывшись...

Он издал долго сдерживаемый крик. И мгновенье спустя на мою задницу опустилась горячая лента. Бёдра двигались, он трахал свой кулак, покрывая семенем мою плоть.

Каждая тяжёлая струя обжигала меня почти также, как и его кнут раньше. Вопль наслаждения длился и длился... пока мужчина окончательно не иссяк.

Тяжело дыша, он произнёс:

Только посмотрите на мою женщину.

Я вспыхнула. Можно было лишь догадываться, какую картину я собой представляла: выставленная напоказ, беззащитная, с заляпанным красным задом.

Эта зрелище навсегда останется в моей памяти.

Гулко стучало сердце; он не сводил с меня взгляд, пока я не поёжилась.

Севастьян...

Потом мы вновь оказались в воде, и он снова вымыл меня с головы до ног, оставляя повсюду на мне поцелуи, которые я впитывала, словно уплетающий сметану котёнок.

Он поднялся, обтёрся полотенцем, затем поднял меня из воды, словно я ничего не весила.

По-прежнему находясь в оцепенении, я позволила ему вытереть себя и отнести в кровать. Он лёг на спину под одеяло, притянув меня к себе. Когда я свернулась у него под боком, он издал длинный выдох - подлинное мужское удовлетворение.

Прижавшись ухом к его груди там, где находилась сердце, я прислушивалась к убаюкивающему биению. Я не могла вспомнить, когда последний раз чувствовала себя такой расслабленной, такой... умиротворённой.

Я никогда не чувствовала себя настолько влюблённой.

Прижав меня к себе крепче, он прошептал в волосы:

Ты очень порадовала меня сегодня. Не знал, что буду так горд.

Засыпая, я улыбалась. Сегодня мы разрушили возведённую между нами стену.

Завтра всё изменится.

Не изменилось ничего, думала я, меряя комнату шагами. Ничегошеньки...

Сегодня я спала до обеда - полных десять часов!
– проснувшись с широкой улыбкой на лице и фразой "блин, попка просто горит" на языке. Но обнаружила, что снова осталась одна.

Севастьян не оставил ни записки, ни смс, даже не позвонил.

Я чувствовала себя совершенно не в своей тарелке, ощущая похмелье, озноб и тревожность после вчерашнего выброса эндорфинов. Следов на теле почти не осталось, но казалось, что я побывала в сушильной центрифуге.

И даже три часа спустя это ощущение не прошло. И меня по-прежнему расстраивало отсутствие Севастьяна. Да, я понимала, что он занимается тайными операциями, связанными с синдикатом, но разве нельзя взять отгул? Сегодня я вообще не должна была вылезать из кровати, мы должны были вместе тискаться!

Почему он ради меня не остался? Я зашагала быстрее, когда моё воображение пустилось вскачь. Вдруг он пожалел, что взял меня в клуб? Вдруг его одолели сомнения? Почему я никак не могу согреться?

Вдруг я его чем-то разочаровала?

Обычно я редко впадаю в панику. Но после вчерашнего физического и эмоционального истощения мне казалось, что я превратилась в бешеный волчок.

Я потянулась за телефоном, твердя "не буду ему звонить". Не хотела выглядеть навязчивой тёлкой, которой требуются гарантии только потому, что прошлой ночью её выпороли, трахнули и заставили кончить перед толпой зрителей...