Являются ли возможности, предоставляемые разводом, благом для мужчин и женщин? Или за периодом временного раздражения и охлаждения (или проблем, связанных с появлением третьего лица) часто следует возрождение истинной привязанности и былых нежных чувств?

Иногда странно наблюдать, до какой степени взгляды людей не совпадают с практикой их личной жизни.

Мой собственный брак был невероятно счастливым и удачным, и я, по сути своей человек старомодный, однако же, выступал за развод – за то, чтобы покончить с прошлым и начать все сначала. Бойд Каррингтон, потерпевший неудачу в браке, все-таки стоял за нерасторжимый брачный союз. По его словам, он питал глубочайшее почтение к институту брака. Это – основа государства.

Нортон, не связанный узами брака и не имевший опыта в этом деле, придерживался моей точки зрения. Франклин, современный ученый, как ни странно, решительно возражал против развода. Очевидно, развод был несовместим с его идеалом четкого мышления и действия. Вступая в брак, берут на себя определенную ответственность, и от нее нельзя впоследствии увиливать. Договор, сказал он, есть договор. Его заключают по доброй воле, и его следует выполнять. В противном случае возникает, как выразился Франклин, неразбериха. Полуразвязанные узлы, полураспавшиеся узы.

Доктор Франклин сидел, откинувшись в кресле, вытянув длинные ноги; он говорил:

– Человек выбирает себе жену. И он берет на себя ответственность за нее, пока она не умрет – или он.

Нортон произнес с иронией:

– А иногда – о благословенная смерть, да?

Мы засмеялись, а Бойд Каррингтон сказал:

– Не вам говорить, мой дорогой, вы никогда не были женаты.

Покачав головой, Нортон ответил:

– А теперь уже слишком поздно.

– В самом деле? – Бойд Каррингтон насмешливо взглянул на него. – Вы в этом уверены?

Именно в этот момент к нам присоединилась Элизабет Коул. Она пришла от миссис Франклин.

То ли мне это почудилось, то ли Бойд Каррингтон действительно с многозначительным видом перевел взгляд с нее на Нортона, а Нортон покраснел.

Это подало мне новую идею, и я испытующе посмотрел на Элизабет Коул. Она была еще сравнительно молода. К тому же хороша собой. Обаятельная, милая и способная сделать мужчину счастливым. В последнее время они с Нортоном проводили много времени вместе. Они сдружились, охотясь за дикими цветами и птицами. Я вспомнил, как мисс Коул говорила, что Нортон очень добр.

Ну что же, коли так, я был рад за нее. Ее голодная и унылая жизнь в девичестве будет вознаграждена безоблачным счастьем. Трагедия, которую она пережила, не станет препятствием для этого счастья. Глядя на нее, я подумал, что сейчас она выглядит гораздо счастливее и – да, веселее, чем когда я приехал в Стайлз.

Элизабет Коул и Нортон – да, это возможно.

И вдруг, без всяких к тому причин, мной овладело неясное чувство тревоги. Негоже… небезопасно планировать здесь счастье. В атмосфере Стайлз есть что-то зловещее. Я ощутил это сейчас, в эту самую минуту. И вдруг почувствовал себя старым, и усталым, и… напуганным.

Минуту спустя это чувство прошло. Кажется, никто этого не заметил, за исключением Бойда Каррингтона. Чуть позже он обратился ко мне, понизив голос:

– Что-нибудь случилось, Гастингс?

– Нет, а что?

– Ну… у вас такой вид… я не могу это объяснить.

– Просто какое-то чувство… опасение.

– Предчувствие зла?

– Да, если хотите. Чувство, как будто… что-то должно произойти.

– Забавно. Такое со мной случалось один-два раза. А есть какое-то представление, что именно?

Он пристально смотрел на меня.

Я покачал головой. Потому что у меня действительно не было каких-либо определенных опасений. Просто неожиданное ощущение тоски и страха.

В этот момент из дома вышла Джудит. Она шла медленно, высоко подняв голову. Губы плотно сжаты, лицо серьезное и прекрасное.

Я подумал, насколько она не похожа ни на меня, ни на Цинтию. Она напоминала какую-то молодую жрицу. Нортон, видно почувствовавший что-то подобное, сказал, обращаясь к Джудит:

– Вы сейчас похожи на вашу тезку перед тем, как она отрубила голову Олоферну [26] .

Джудит улыбнулась, слегка приподняв брови.

– Я не могу сейчас припомнить, почему она это сделала.

– О, из самых высокомерных принципов, на благо общества.

Его несколько насмешливый тон рассердил Джудит. Покраснев, она прошла мимо Нортона и уселась рядом с доктором Франклином.

– Миссис Франклин чувствует себя гораздо лучше, – сказала Джудит. – Она хочет, чтобы все мы сегодня вечером поднялись к ней выпить кофе.

«Миссис Франклин определенно человек настроения, – подумал я, когда все мы собрались у нее наверху после ужина. – Целый день отравляла всем жизнь, а теперь – само очарование».