— Внимание, их машины здесь. Наши осведомители хорошо поработали.

— Доктор! Что вы здесь делаете?

— Я хотел удостовериться, что все идет нормально. Видите белый грузовичок? Там внутри наши люди. Подойдите к нему не спеша, постучите два раза, потом еще один раз сзади — и вам откроют.

— Нельзя ли попытаться взять их прямо сейчас?

— Нет, повсюду осведомители. Лучше установить за ними слежку.

Сара села на заднее сиденье машины. Внутри мужчина в наушниках налаживал радиосвязь.

За рулем машины, которая находилась позади грузовика, сидел Амос, рядом с ним — Ури. Оба были в головных уборах, скрывавших верхнюю часть лица. Самюэль и доктор Лопес сели в другую машину. Машина Розы Шеффер тронулась. За ней последовал доктор Лопес, потом грузовичок и, наконец, Амос.

Движение было оживленным, попадалось много пешеходов. Поэтому ехали медленно. На проспекте Коррьентес и за пределами площади Республики машины немного ускорили ход.

Сара сняла парик и встряхнула короткими волосами. В машине было очень жарко. Молодой аргентинец, сидевший за рулем, нервно курил, и от его сигареты распространялся неприятный запах. Они ехали на север.

— Они направляются к усадьбе Кастелли, — сказал доктор Лопес, — именно туда поехал Раймондо Наварро.

— Вы в этом уверены? — спросил Самюэль.

— Одно из двух: если они поедут прямо, значит, они направляются туда, если же свернут налево, их маршрут неизвестен.

— Но мы не можем так долго следовать за ними. Они, в конце концов, все поймут.

— Успокойтесь. На следующей развилке наши пути разойдутся. Наша машина и грузовичок поедут друг за другом, тогда как Амос и Ури последуют за ними.

Машина Розы Шеффер поехала прямо. Теперь асфальт кончился, и машины двигались в облаке пыли. Вскоре Амос был вынужден съехать с дороги, окаймленной деревьями, и, отдалившись настолько, что его не было видно, остановился, убедившись, что остальные машины продолжали путь. За ними следовал большой лимузин.

— Они тоже приняли меры предосторожности, — заметил Ури.

Вскоре к ним присоединился грузовичок, затем машина доктора Лопеса и Самюэля.

— У них только одна машина, предназначенная для защиты. Пока все идет по плану, — сказал доктор. — Через пятнадцать минут мы продолжим путь.

— Мне удалось связаться с месье Тавернье, — сказал радист. — Они направляются именно в усадьбу Кастелли. По имеющейся информации, это настоящий тайный лагерь. Месье Тавернье поедет в аэроклуб и догонит нас на самолете.

— Спасибо, Карлос.

Уже спустилась ночь, когда Роза Шеффер и ее сообщники прибыли в небольшую усадьбу Кастелли. Она находилась в лесу, за ее пределами простирались пампасы. Подъехать незамеченными было практически невозможно. Их встретил Рик Вандервен.

— Этот костюм вам очень к лицу! — расхохотался он.

— У меня нет настроения шутить, — парировала доктор Шеффер, срывая капор.

От ее грубоватой красоты почти ничего не осталось. Лицо ее оплыло, а взгляд был затравленным. Волосы, выкрашенные под седину и растрепанные, делали ее старше своих лет.

Они направились к дому.

Роза Шеффер рухнула на старый диван.

— Дайте мне чего-нибудь выпить, а потом я хотела бы принять ванну.

— Выпить — без проблем, а вот что касается ванны, тут есть только жалкий душ со ржавой водой. Придется вам довольствоваться этим.

Она безнадежно махнула рукой.

— Где я могу снять этот маскарадный костюм?

— Идите за мной.

Когда они вернулись, волосы ее были собраны в пучок на затылке, а вместо одежды монахини она надела брюки и мужскую рубашку. В таком виде ее свирепый нрав становился заметнее. Она взяла стакан, протянутый ей Вандервеном.

— Она сказала что-нибудь?

С момента ее приезда он опасался этого вопроса.

— Я думаю, она ничего не знает.

— Меня бы это удивило. Где она?

— В одной из комнат.

— Проводите меня туда.

— Позже, нам надо поговорить.

Солдат, не испытавший страха под Ленинградом, дрогнул под взглядом Розы Шеффер.

— Как хотите.

Во время ужина они говорили о своих дальнейших планах, в частности, о путешествии в Бразилию. Было уже довольно поздно, когда она сказала:

— Ну а теперь пойдемте, посмотрим на эту малышку.

— Я видел всего трех часовых снаружи. Один — на вышке ветряной установки, второй — перед домом, и еще один — сзади, — сказал Ури.