– Вы укрепляете замок на случай осады? – поинтересовался Рик.

Арли горько рассмеялся.

– Никакой осады не будет, это же просто дворец. У нас нет ни стен, ни бастионов. Впрочем, даже если бы и были, у нас нет людей. В нашем распоряжении небольшой гарнизон, несколько отрядов наемников и около пятидесяти ополченцев. Мне больно это говорить, но сражение за Оренсию уже проиграно. Можно считать, город уже сдан. Просто враг еще не прибыл, чтобы ее взять.

– А как же те солдаты, что стояли здесь лагерем все эти дни? – спросил Айк.

– Всего лишь передовые полки. Их задача – задержать врага, пока главные силы готовят оборонительные позиции на южном рубеже.

– А вы? – спросил я.

– Мы уезжаем. Без нас город пощадят. Слишком красивое место, чтобы разрушать.

– Неужели вы не будете сражаться? – спросил Рик.

– Безусловно, будем. Все лорандцы берутся за оружие, когда их королевство в опасности. Я уверен, отец уже договорился о том, чтобы меня зачислили в один из легионов. Но хватит об этом. Мне вам нужно кое-что сообщить. Вы уже знаете о Гапо, о его деяниях и предательстве. Теперь же, когда имперская армия в нескольких лигах от города, он уж точно попытается с вами расправиться. Я не желаю вам вреда и потому приказал, чтобы ваших лошадей вместе со всем оружием и провиантом привели в парк за двором. Ваш друг, Элсон, ждет там же. Он выведет вас из города. Должен сказать, вам очень повезло с этим господином. Он не оставляет товарищей в беде. Бегите немедленно, пока Гапо не заметил вашего отсутствия.

– Благодарим за помощь, – я поклонился молодому графу.

– Чепуха, это я ваш вечный должник. – Арли усмехнулся и прощально махнул рукой.

Мы направились к двери, но молодой граф нас остановил:

– Нет, нет, прошу вот сюда, за эти занавеси. Там за сдвижной панелью будет ход, он выведет вас во двор.

На улице было прохладно. Элсон ждал нас с лошадьми и оружием. Поприветствовав южанина, мы вскочили в седла и уже собирались направиться к южным воротам, как до нас донесся громкий крик. Мы оглянулись. Около дворца стояла группа людей и что-то кричала, показывая в нашу сторону. Среди них я разглядел Гапо. Элсон ругнулся, резко хлопнул поводьями и вонзил шпоры в бока своего коня. Мы бросили лошадей в галоп. Люди припустились было за нами, но быстро отстали, их фигуры затерялись в темноте, и мы беспрепятственно пересекли парк. У ворот пять стражников преградили нам путь.

– Куда двигаем? – крикнул толстый страж с арбалетом в руках.

– Спокойно, ребята, это я, Элсон. Открывай, нам срочно, – ответил южанин.

– Извини, приятель, не могу, – ответил стражник уже спокойным тоном. – У нас приказ никого не выпускать.

Элсон зло сплюнул.

– Попробуйте реку, – неожиданно посоветовал стражник, – шагов через триста вдоль забора будет брод. Думаю, сумеете перебраться.

– Спасибо, дружище, – Элсон отдал честь стражнику и поехал вдоль стены.

– Почему они нас не задержали? – спросил я южанина, когда стражники остались далеко позади.

– Все любят деньги, а в преддверии войны деньги любят особенно сильно.

Как и сказал стражник, шагов через триста река заметно обмельчала, мы без труда перебрались на другой берег и поскакали прочь от графского имения по узкой тропе, огибавшей город.

– Откуда ты так хорошо знаешь эти места? – спросил южанина Айк, когда Оренсия осталась позади.

– Я бывал здесь раньше, – ответил он, вглядываясь вперед, в темноту, – я здесь родился.

– Надо же! И где твой дом? Можем заглянуть, если хочешь.

– Моего дома больше нет, – сухо ответил Элсон и замолчал.

Мы продолжать расспросы не решились и долгое время ехали в тишине. Я даже начал дремать в седле, когда Элсон снова заговорил. Почему он решился рассказать свою историю, я так и не понял, спрашивать не стал, просто слушал.

– Моя деревня звалась Муро и стояла в двух днях езды отсюда. Мы жили в красивом доме на берегу пруда. Я удил там рыбу с друзьями, купался, ловил лягушек. Мне только-только стукнуло десять. Я сильно поссорился с отцом. Глупая ссора, уже и не помню из-за чего. Я обиделся и убежал, да еще сманил с собой двух друзей. Правда, далеко мы уйти не смогли. Через три дня мы замерзли, изголодались и вернулись, вот только нашей деревни больше не было. На месте домов лежали кучи пепла. Вместо смеха и разговоров – лишь гул ветра. Мы кинулись искать родных и на пепелище старого амбара наткнулись на обугленные останки – это были они… все.

Мы плакали, пока хватало слез, а потом побрели в ближайший город. Там мы нашли легионеров и все им рассказали. Они пообещали помочь, но ничего не сделали. Мы ждали и ждали, но без толку, а потом еще много дней бродили по грязным городским улицам в поисках помощи. Но все наши мольбы так и остались без ответа, и скоро всякая надежда нас покинула. Голодные и раздетые, мы начали воровать. Моих друзей схватили за кражу хлеба, а я успел убежать. Возвращаться мне было некуда, и я побрел куда глаза глядят.

На обочине дороги что-то зашевелилось. Элсон напрягся. Из кустов вышла дикая собака. Худой голодный зверь пристально посмотрел на нас, но, поняв, что у нас нечем поживиться, скрылся в высокой траве.

– Ты узнал, что случилось? – спросил Айк.

– Да, много лет спустя, когда вместе с отрядом Отчаянных Голов охранял одну графскую вечеринку. Там было много местной знати, много вина и всяких разговоров. Особенно громко кричали два богача. Они обсуждали, как надо учить слуг и крестьян уважению и любви к господам. Для примера один из них рассказал историю о своем отце, важном графе, у которого был летний дом на севере Лорандии. Дом тот сгорел, а виновных не нашли. Узнав о пожаре, старый граф пришел в бешенство. У него было десять таких домов, но он не мог смириться с потерей и решил кого-то покарать. Он обвинил мужиков из соседней деревни в поджоге и нанял головорезов, чтобы те проучили поджигателей. А те утруждать себя излишними разборами не стали и уничтожили всю деревню… мою деревню!