— Здравствуйте. Чем вас заинтересовала моя скромная персона?

— Здравствуйте, Евгения Максимовна, — ответил мягкий тенор из трубки, — меня зовут Викентий. Павлов Викентий Иванович. Я — владелец этого магазина и хочу предложить вам работу.

— Не гоните лошадей, — попросила я смиренно. — Вы что, уже успели прогнать мое фото через базы данных и собрать информацию или у нас имеются общие знакомые?

— Нет, я увидел вас впервые сегодня, — спокойно ответил хозяин магазина. — Ваше изображение с камеры я, как вы говорите, «прогнал» через базы данных силовых структур и выяснил, кто вы такая. Конечно, не все. Добывать информацию было чрезвычайно трудно, но того, что удалось, а также ваше представление во время налета показали достаточно ясно — лучшего, чем вы, мне телохранителя не сыскать.

— Вы знаете, мои услуги стоят недешево, — честно предупредила я. — Кроме того, от клиента, то есть от вас, требуется полная откровенность. Не люблю работать вслепую.

— Деньги для меня не имеют значения, — спокойно пояснил Павлов.

— Отрадно подобное слышать, — усмехнулась я, мысленно подняв плату за услуги до двух с половиной тысяч в день. — И еще одно — дело должно быть серьезным. Туманные подозрения и необоснованные страхи не в счет.

— Дело серьезнее некуда, — заверил Павлов. — Я не могу распространяться по этому поводу в телефонном разговоре. Приезжайте, и на месте все обсудим.

— Стоп, чуть не забыла, — спохватилась я. — В криминальных разборках я не участвую, конкурентов не устраняю. Я не наемный убийца, а телохранитель.

— Я нанимаю вас для себя, чтоб вы берегли мою жизнь от разных нехороших людей, и ничего более, — ответил собеседник терпеливо.

— Тогда диктуйте адрес и телефон для связи, — сказала я, открывая электронную записную книжку. В принципе, мне не составляло труда запомнить его координаты, но к чему загружать мозг лишней информацией? Я же не в тылу врага.

— Давайте я лучше пришлю за вами машину, — предложил Павлов. — Прямо сейчас. Шофер заберет вас от магазина и доставит ко мне. Сами, боюсь, вы дорогу не найдете. Я живу в таком захолустье, что у меня даже адреса нет как такового.

— О, не волнуйтесь, у меня нет проблем с ориентацией на местности, — ответила я, не воодушевленная таким началом сотрудничества. Клиент шифровался, словно был глубоко законспирированным агентом КГБ. Это могла быть ловушка. Поэтому я продолжала гнуть свое: — Скажите примерный район, опишите дом, и я найду.

Однако Павлов упирался не хуже осла:

— Я не доверяю телефонной связи, и мне не хотелось бы, чтоб вы плутали черт знает где. Давайте я вышлю за вами машину.

— А я сегодня вообще не могу с вами встретиться, — соврала я, — скажите мне свой телефон, и я перезвоню вам завтра.

— Давайте я сейчас сброшу вам номер эсэмэской, и как только появится свободное время — звоните.

Сказав это, Павлов попрощался, а через несколько секунд на телефон продавщицы пришло сообщение с интересовавшим меня номером.

— Ты собираешься ввязаться в какое-нибудь темное дело? — прищурившись, спросила тетя.

— Ничего подобного, просто охрана, не волнуйся, — успокоила я ее.

К нам подошла продавщица и протянула празднично оформленную коробочку, перетянутую алым бантом.

— Это подарок от хозяина, — ответила она на наши вопросительные взгляды.

Не успела я заикнуться, как тетя выхватила коробочку, разорвала обертку и открыла. Внутри лежал тот самый набор с цитринами.

— Ой, Женя, какая прелесть! Такой дорогой подарок. Мне даже как-то неудобно его принять.

— Хорошо, я передам, что вы отказались, — равнодушно пожала плечами продавщица, протянув руку за коробочкой.

— Э нет, нельзя же человека обижать! — воскликнула тетя Мила, отстраняясь. — Он же от чистого сердца подарил.

— Точно, — поддакнула я, — бери эту ерунду и пошли отсюда.

Оказавшись дома, тетя кинулась к зеркалу примерять украшения, а я поспешила к себе в комнату. Мне нужно было многое обдумать. Предложение Павлова выглядело соблазнительно, но его нежелание назвать мне даже адрес несколько настораживало. По роду своей работы во всем подозрительном я привыкла видеть угрозу. И этому было много причин. Основная причина была в том, что я нажила себе массу врагов. Охраняя клиентов, я поломала планы целой куче бандитов, убийц и темных личностей с большими связями. Те, кто после встречи со мной выжил, оказались в тюрьме. Весьма вероятно, что долгими бессонными ночами на тюремной шконке они вынашивали план мести. Поэтому мне всегда приходилось быть настороже.

Усевшись перед компьютером, я проверила Павлова по базам данных МВД, ФСБ и налоговой. Информация о нем была крайне скудной. Ничего примечательного. По отчетам в налоговую, будущий клиент владел ювелирной мастерской в центре, несколькими ломбардами и скупками. Магазином, который мы сегодня посещали с тетей, владела жена Павлова. Прошлое без единого пятнышка. Вырос в детдоме, учился в школе-интернате. Потом ремесленное училище и работа в обувной мастерской приемщиком заказов. Потом он внезапно переквалифицировался в шлифовщика в ювелирной мастерской, а через десять лет стал ее хозяином. Прошлый владелец уступил ее за чисто символическую сумму. Потом бизнес начал прирастать дополнительными направлениями. Появились ломбарды, в которых ювелир в основном скупал драгметаллы. В настоящее время доход Павлова был приличным, что позволяло ему говорить о деньгах как о чем-то второстепенном. Дескать, они для него не имеют значения.