— Жень, а ты что считаешь? — не выдержала тетя.

— Большей чуши мне в жизни слышать не приходилось, — честно призналась я. — Тетя, тебя, как бы это сказать… Короче, тебя разводят. Все это подделки.

— Да?! — вспыхнула смущенная продавщица. — Вы просто не разбираетесь. — Она схватила из более дешевых изделий несколько перстней и показала нам, сравнивая с товаром лучшего качества, — видите разницу? Тут и слепому ясно.

— Не надо ля-ля, — усмехнулась я, пригвоздив ее взглядом. — Что похуже — это цирконий и иттриево-алюминиевый гранат, получше — фианит. — Взяла с подложки одно кольцо, показала продавщице: — Не изумруд, а стекляшка. Вот это не аметист — а подкрашенный горный хрусталь, это кварц, это не рубин, а, если судить по чуть вогнутым граням, то же стекло, другой — низкопробный гранат. Вот эти серьги с так называемыми гранатовыми дуплетами. Тонкая пластинка граната цементируется к стеклянной основе. Настоящие гранаты и рубины даже близко к вашему барахлу не лежали. Про изумруды я вообще молчу.

Продавщица аж задохнулась от возмущения. Поняв, что препираться бесполезно, она воскликнула:

— А что вы хотели за такие смешные деньги получить?

— Не такие уж они и смешные, — насупилась тетя Мила. — А вы не имеете права так нагло обманывать людей.

— Ну не все ж такие умные, — осклабилась продавщица в ответ, распихивая товар по местам. — Покупают и не забивают голову ерундой. Да весь город в таком ходит. Мы не в Голливуде, чтоб привередничать.

— В рекламе по телевизору говорили, что у вас есть эксклюзивные вещи из драгоценных камней, — зловеще процедила тетя, надвинувшись на продавщицу. — Если я этого сейчас не увижу, то гарантирую вам крупный скандал.

— И вы их купите? — язвительно поинтересовалась продавщица. Тетин напор вызвал у нее легкую растерянность.

— А вот возьмем и купим, — фыркнула тетя.

Продавщица открыла в стене небольшой сейф и выложила перед нами несколько подставок с различного рода изделиями. На вид они действительно выглядели как настоящие. Я извлекла из кармана припасенную линзу и принялась исследовать предложенное изобилие.

— Ну что, убедились? — надменно спросила продавщица. — Цены, естественно, тоже настоящие.

— Почти все подделка, — вздохнула я, закончив осмотр.

— Как! — выдохнула продавщица. — Мне сказали, что это настоящие…

— Это почти настоящие, — ободрила я ее и прочла небольшую лекцию: — Это драгоценные камни, облагороженные посредством термической обработки. Вот это, похоже, низкокачественный аметист, это дымчатый кварц, голубые цирконы — тоже, скорее всего, результат нагревания. В этих серьгах богемские низкокачественные рубины, трещины в которых искусно замаскированы. А вот опалы искусственные — изготовлены во Франции фирмой Жильсон. Заметна легкая пористость и морщинистый шов, окаймляющий цветные пятна. Американские намного лучше. Посоветуйте хозяину сменить поставщика. Изумруд в подвеске синтетический — заметны вуалеподобные включения. Рубин в кольце такой же — можно заметить мельчайшие газовые пузырьки идеально круглой формы, каких не бывает в настоящих камнях. Единственные достойные экспонаты — серьги и кольцо из желтого золота с цитринами. — Я показала набор тете. — Примерь. Скажешь потом знакомым, что это желтые бриллианты. Смотри, как искрятся. Остальное даже не стоит смотреть.

— Та-а-ак, — злобно протянула продавщица. Убрав предложенное, она отодвинула стенную панель и открыла еще один сейф. Сейф был меньше первого. Из него продавщица достала матерчатый сверток. В нем лежали восемь бриллиантов различных цветов. — Из этих камней можно заказать украшения на заказ, однако стоимость идет на десятки тысяч долларов, и вам такое точно не по карману.

— Ой, какая красота! — воскликнула тетя, позабыв о примеряемых серьгах.

— Одну минуту, — я достала из сумочки дозиметр и провела над камнями. Все услышали поскрипывание, а я прокомментировала: — Так-так, бриллианты обработали изотопами, скрывая цветом небезупречную природу. Кто такие будет носить — рискует здоровьем.

— Да что же это такое! — с горечью воскликнула продавщица и отшатнулась от бриллиантов. — Из-за вас одни проблемы! Уходите, раз ничего не нравится, и больше никогда не приходите. Как я теперь буду здесь работать, зная все это?

Убирая дозиметр, я перехватила взгляд охранника.

— А вот этот наборчик с цитринами можно купить, — робко перебила ее тетя Мила.

— Да, пожалуйста, — резко ответила продавщица, — пятьдесят тысяч.

— Ой, как дорого, — покачала головой тетя, — а скидок у вас тут нет?

— С какого это перепугу? — прошипела продавщица, теряя самообладание. — Тоже мне, золотые клиенты!

Тетя выгребла из кошелька все деньги и повернулась ко мне с просящим взглядом, полным трагизма и отчаяния:

— Жень, а у тебя сколько с собой денег?

Я открыла рот, чтоб ответить, но тут сквозь двери в магазин ворвались четыре вооруженных головореза в спортивной форме и масках. Растерявшегося охранника уложили ударом приклада и отобрали автомат. В нас с тетей нацелился дробовик.

— Не двигайтесь, сучки, и никто не пострадает! — Глаза говорившего в прорези маски горели бешенством. Пока он держал нас с охранником на мушке, другие кинулись бить витрины и выгребать безделушки. Наблюдая за их корявыми действиями, я улыбнулась, подумав: «Что за придурки?»

Мою улыбку заметила бледная тетя Мила. Это ее перепугало больше, чем нацеленный в голову дробовик.

— Женя, я тебя умоляю, только не делай ничего, — прошептала она дрожащим голосом.

— Я и не думала ни о чем плохом, — пожала я плечами. Затевать драку с четырьмя вооруженными мужиками на грани нервного срыва не имело смысла. Цель налетчиков — драгоценности. Они в масках, так что от наших свидетельских показаний вреда им не будет, а значит — нет причины убивать нас или причинять какой-либо вред, усугубляя свое положение. Самое правильное — дождаться, когда грабители уйдут с добычей, а затем тоже отправиться домой посмотреть по DVD какой-нибудь хороший фильм, уплетая в это время тетины эклеры с кофе.