— Шум. Вон там! — внезапно тявкнул один из них. — Идем смотреть! Там пес?

С бешено колотящимся сердцем Счастливчик замер, до шума в ушах насторожив свой слух.

Медленно, мучительно-медленно, лисьи шаги стали отдаляться от стола в другую сторону. Он понимал, что это всего лишь передышка. Через несколько мгновений лисы сообразят, что звук был ложной тревогой — наверное, это была птица или крыса, — и вернутся обратно.

Подняв с пола мясо, он вылетел из своего укрытия и помчался в центр молла. Лисы с визгливым тявканьем бросились за ним, но это было лучше, чем дожидаться конца в ловушке под столом!

Счастливчик мчался вперед, его легкие разрывались, раненая лапа пульсировала болью, все тело вдруг стало тяжелым и непослушным. В животе впервые зашевелился холодок отчаяния. Похоже, счастье все-таки изменило ему.

Возле входа в молл сокровища Длиннолапых были расставлены особенно тесно, судя по всему, воры и бродячие животные ими не заинтересовались. Никто не польстился на разноцветные пузырьки и бутылочки, расставленные на длинных полках, поэтому все это богатство со звоном и грохотом полетело на пол, когда Счастливчик на бегу врезался в стеллаж.

Бутылочки и баночки дождем хлынули на прилавок, оттуда запрыгали по полу, на время задержав лис, которые сначала с тявканьем разбежались в стороны, а потом стали спотыкаться на кучах битого стекла.

Целый вихрь резких запахов обрушился на Счастливчика, так что нос заложило. Бутылки продолжали падать и катиться по все стороны.

«Наверх, — простучало в ушах. — Нужно забраться куда-нибудь повыше! Там они меня не достанут».

Сюда! Он вскочил на высокий прилавок и помчался по нему, расшвыривая в стороны бумаги и какие-то непонятные металлические штуковины, самая большая из которых грохнулась на пол. При этом она разлетелась в стороны, из нее посыпались бумажки и мелкие металлические кружочки. Счастливчик вздрогнул от шума, поскользнулся и чудом не полетел на пол следом за всем этим барахлом. Скребя когтями по гладкой поверхности, он кое-как удержался и вскочил на ноги.

Тяжело дыша, вывалив язык, он посмотрел вниз, на окруживших его лисиц.

— Не можешь всегда стоять там, — угрожающе прорычал один лис. — Нет, не сможешь, глупый пес. Все равно слезешь!

— Он слезет! — тявкнул второй.

— Очень скоро, ребятки. Очень скоро, — подтвердил угрожающий голос, от которого у Счастливчика мурашки пробежали по хребту.

Он знал, что лисы правы. Он, действительно, не мог вечно стоять на этой стойке. Разумеется, можно было совершить еще один прыжок, перелететь через головы лисиц и попробовать удрать, но рвущая боль в лапе сделалась невыносимой, заглушив даже азарт погони. Рана открылась и боль была такой, что у Счастливчика голова шла кругом и в глазах темнело.

Он тяжело дышал, раздувая бока. Может быть, зря он все это затеял? Стоило ли рисковать жизнью из-за куска мяса?

Ответ пришел из самой глубины его существа, его дал самый сильный, самый свирепый инстинкт: ярость. Она волной прокатилась по телу, загудела в усталых лапах и боках, напружинила мышцы для последней, неистовой схватки.

Разумеется, стоило!

Он был крупнее, сильнее и лучше этих лис-падальщиков. Уступить этим тварям означало стать недостойным имени собаки.

Не говоря уже о том, что в новом мире, уцелевшем после Большого Рыка, не было места трусам. В нем выживут только сильные, смелые и решительные. Поэтому Счастливчик ни за что не расстанется со своей законной добычей!

Он положил мясо между передними лапами и приготовился защищать его до последнего дыхания — точно так же, как поступил бы Старый Охотник на его месте. Опустив голову, вздыбив загривок и оскалив клыки, Счастливчик грозно зарычал, набираясь сил для последнего, самого громкого и самого свирепого лая в своей жизни.

И вдруг замешкался.

Его внимание привлек странный звук, донесшийся будто бы из ниоткуда. Его не мог издать ни он сам, ни лисы. И все-таки звук был весьма отчетливым, и доносился он из коридора.

Это было низкое, сиплое, угрожающее рычание.

Лисы вдруг занервничали и завертели головами, насторожив уши. Потом, словно по команде, все четверо отпрыгнули от прилавка и обратились в сторону звука.

Не веря своим глазам, Счастливчик уставился поверх лисьих голова на стаю, появившуюся в дверях. Это были собаки — целая куча собак!

Первой вбежала забавная метиска, коротколапая, с волосатой мордой и возбужденно высунутым языком. За ее спиной возвышался сильный, черно-белый пастуший пес, сжимавший в пасти какой-то большой кожаный предмет. Еще был бойцовский пес с длинной мордой, косматой шкурой и глазами, полными страха. И нелепая малютка с длинной белой шерсткой. Замыкала строй огромная и косматая черная собака с тяжелой головой и решительным взором.

На Счастливчика собаки едва взглянули, все их внимание было приковано к лисам.

Никогда в жизни Счастливчику не доводилось видеть такой странной стаи! Но вот в комнату вошла последняя собака. Очень красивая, длинноногая, с золотисто-белой шерстью. Честно говоря, она напомнила Счастливчику его собственное отражение в городском прозрачном камне. И запах у нее тоже…

Но сейчас было не время предаваться размышлениям. Собаки стояли прямо перед лисами, которые уже выстроились в боевую цепь и дружно зарычали.