Полунин сделал большой глоток кофе.

«А информацию я могу получить разве что от Либерзона. Этот старый жид наверняка в курсе многих событий в городе. К тому же он мой кореш, и на зоне мы помогали друг другу, как могли. Кто еще у меня может быть из друзей в этом городе?.. Танька Коробкова… Пожалуй, обращаясь к ней, я могу меньше всего опасаться за свою безопасность. Но чем она может мне помочь? Разве что крышей над головой… И еще мне нужна машина. Может, у Таньки есть хотя бы служебная. Впрочем, машину можно взять и у Либерзона, но только он очень уж осторожен и боязлив и вряд ли будет связываться с человеком, за которым бегают менты… Ведь Бармалей, конечно же, сдал меня им… Впрочем, и сам Бармалей вместе с Пеплом, надо полагать, уже отрядили боевиков, направив их по моему следу».

Вдруг Полунина осенило.

– Черт! – вскричал он, вскочив с кресла и нервно заходил по кухне.

«У меня же есть интересная зацепка… Рука Лени была перебинтована, а это значит, что он готовился к встрече с тем самым педиком из городской администрации, который пришел к нему сразу после моего визита. Впрочем, это может быть случайностью, а может – и той самой ниточкой, за которую стоит потянуть. В любом случае, этим надо заняться. Утром же я заеду к Либерзону».

Но утром Полунин первым делом позвонил Коробковой. Трубку взяла сама Татьяна.

– Танечка – это я, Владимир… Полунин.

– Володя! – воскликнула Коробкова. – Откуда ты?

– Да так, от одного своего знакомого. Я хочу к тебе заехать, у меня небольшая просьба…

– Заехать на работу? – уточнила Татьяна.

– Да, на работу. Понимаешь, у меня тут проблемы с транспортом. Моя тачка на приколе. Мне нужна машина на денек-другой. У тебя есть возможность помочь мне?

– Машину… Помочь… – как-то неуверенно произнесла Татьяна. – Впрочем, да, конечно же, о чем я говорю. В принципе ты можешь взять мой «жигуленок». Я на нем езжу на работу, пару дней могу поездить и на такси.

– Спасибо, Танюша, – поблагодарил ее Полунин. – Я скоро к тебе подъеду.

Он положил трубку и пошел в прихожую одеваться.

– Когда тебя ждать? – спросила Людмила, выйдя провожать его.

Полунин в душе усмехнулся.

– Я не уверен точно, но, по-моему, секретарша говорила о каком-то… то ли Шаликове, то ли Шкаликове.

– Шкаликов… – нахмурившись, уточнил Гришаев.

Он, посмотрев на Краснова, уточнил:

– А он что, педик, что ли?

– А что ты меня-то спрашиваешь? Откуда я знаю!

– Ладно, – произнес следователь, – выясним.

– Я думаю, копать надо какие-то дела, связанные с Финком-банком, – продолжил Полунин.

– Это я и без тебя понял, – оборвал его Гришаев.

– В таком случае мне нечего больше добавить. Я, со своей стороны, тоже сидеть сложа руки не буду… Ну а теперь нам пора прощаться.

– Погоди, хватит из себя ковбоя строить. Сдайся нам, я обещаю тебе свободу под подписку о невыезде, – быстро заговорил Гришаев.

– Детям своим будешь эти сказки рассказывать. Давай ключи от машины, – бросил в ответ Полунин.

Гришаев вынул ключи из замка зажигания и отдал их Полунину.

– Посидите здесь, ребята, немного, пока я удалюсь подальше, и не дергайтесь. Я вам не врал про то, что мне терять нечего и живым я вам не сдамся.

Он спрятал пистолеты в карманы куртки и вылез из машины. Гришаев и Краснов проследили взглядом, как он подошел к красной «Ниве» и сел в нее.

Полунин еще не захлопнул дверь «Нивы», как Краснов вынул из кармана маленький ключик и быстро стал расстегивать наручники.

Гришаев, наблюдавший за всем этим, посоветовал:

– Не торопись, пусть уедет.

– Ты чего, стебанулся, что ли! А как же мой ствол? Что я скажу начальству по поводу оружия? – вскричал Краснов.

В этот момент Полунин высунул из окошечка руку и швырнул на проезжую часть пистолет. Следующим движением он забросил подальше на тротуар ключи от машины Гришаева.

«Нива», взревев, помчалась по улице.

Когда спустя несколько минут Краснов и Гришаев снова уселись в машину, подобрав пистолет и ключи, капитан милиции спросил у следователя: – Ты что, ему действительно веришь?

– Я верю фактам, – ответил Гришаев. – А из них следует, что не похоже, чтобы он убивал этих братков, скорее всего его подставили, а затем сдали нам. И сдал нам его именно тот, кто и грохнул Слатковского с Быком. Не знаю, кто это, но похоже, что эти ребята ведут какую-то игру – хитрую и очень денежную. А мы, отпустив Полунина, им эту игру поломаем, не всю, конечно, но все же…

– А если он больше не явится? – спросил Краснов.

– Придет, куда он денется, – ответил следователь. – Он заинтересован в сотрудничестве с нами.