На смену безысходности в душе Катюшки разгоралась ярость. Ах, он так жесток и готов идти по трупам? Он хочет снять с нее последнюю нитку? Требует денег? Так он их получит! Немедленно! В бешенстве она выгребла из сумки пачку пятитысячных и понеслась в зал.

Черный Спортсмен хлопотал у стоек, снаряжая штангу для приседаний. Его лицо, как всегда, не выражало никаких эмоций. Это взбесило Катюшку еще больше. Подлетев к нему, она издала порцию разнокалиберных стонов и широким жестом метнула в воздух пачку бумажек:

– На, подавись! Лови! Здесь ровно 130 тысяч!

В серых глазах Черного спортсмена мелькнуло легкое недоумение. Купюры, взмыв над ним, медленно спланировали вниз. Одна из них легла на его кроссовку. Он чуть приподнял ногу и стряхнул банкноту на пол.

– Что такое? – раздухарилась Стражнецкая. – Мы, кажется, брезгуем? Бери, бери, деньги не пахнут!

В ответ на это Черный спортсмен повернулся к ней спиной и прошествовал к стойке. Перед тяжелым упражнением бесстрастное выражение его лица сменилось сосредоточенным. Стражнецкая ожидала чего угодно, только не этого. Она почувствовала себя по-дурацки. Надо было срочно выруливать из этого конфуза.

Резко присев, она собрала с пола несколько бумажек. Когда Черный спортсмен подошел под штангу, поудобнее располагая ее на спине, Катюшка налетела на него сзади и принялась запихивать купюры ему за шиворот.

– Нет, ты возьмешь! Возьмешь! – остервенело приговаривала она. – Нечего корчить из себя белого лебедя!

К ним уже спешил Казаринов.

– Катя, что с тобой? Что случилось? – он мягко взял ее за плечи и обратился к человеку в черном. – Что тут у вас стряслось?

Тот медленно поставил штангу обратно на стойки. Его грудь тяжело дышала. Было видно, что он едва справляется с бешенством.

– Этот человек позавчера шпионил за нами, а сегодня строит из себя высоконравственную личность! – выпалила Стражнецкая, прижимаясь к своему защитнику.

– Ничего не понимаю. Кто за кем шпионил? Кать, успокойся. Молодой человек, может, вы мне объясните, что произошло? Нам очень важно, чтобы в нашем клубе была спокойная дружелюбная атмосфера…

Но Черный спортсмен уже поборол гнев. С едва заметной улыбкой он глянул на Казаринова, потом на Стражнецкую и, не говоря ни слова, удалился в другой конец зала. Пока Кирилл собирал рассыпанные купюры, Катюшка обескураженно наблюдала, как ее враг резво отжимается на брусьях.

А вечером Рыкова обнаружила в ящичке № 88 конверт со 130 тысячами и записку. «Мой безжалостный и непреклонный повелитель! На коленях молю вас простить мне мою бестактную выходку. Я соберу нужную сумму в ближайшие дни. Прошу только об одном: не губите меня. Я так несчастна!»

– Какую еще выходку? – пробормотала Рыкова, пристраивая конверт в сумке. – Что там еще натворила эта дурочка без моего присмотра?

Как они и договорились, в восемь вечера Бекетов подъехал к «Десяточке». Зина вышла из гипермаркета, катя перед собой тележку с продуктами. Ей не терпелось оказаться у Миши дома, сразить его своими кулинарными талантами, а там – и сломить его сопротивление.

– Поди, надоели магазинные пельмени? – подмигнула она Бекетову. – Ничего, скоро у тебя появится миленький животик, который бывает у всех любимых и желанных мужчин. Вези меня скорей в мои новые владения!

– Зин, – Миша взял паузу. – Животик – это забавно. Но куда тебе столько продуктов? И про какие новые владения ты говоришь? Ты сняла квартиру?

– Не прикидывайся глупее, чем ты есть. Я говорю о твоей квартире.

– Но я объяснил тебе, что…

– Да не бойся, не надругаюсь я над тобой, – разозлилась Зинка. – Мне просто нужна временная крыша над головой.

– Понимаешь, я снимаю квартиру вдвоем с другом, – пробормотал Бекетов. – Но завтра же я лично подберу для тебя… для нас подходящее жилье.

– Так у тебя, что, квартиры нет? – Рыкова была явно разочарована.

– Пока нет. А что, это сильно меняет дело?

– Теперь мне понятно, почему тебя до сих пор не расхватали. Ой, извини… Да, я такая. Что чувствую, то и говорю… Но я тебе уже сказала утром: я абсолютно не меркантильна. Для меня имеет значение только искреннее чувство.

Бекетов просиял:

– У меня камень с души упал. Ты права, я не олигарх. Но нуждаться ты не будешь.

– Я уже нуждаюсь! – капризно заявила Зинка. – Накупила продуктов на полторы штуки и куда их теперь?

Миша достал портмоне и отсчитал три пятисотки. Наметанным взглядом Рыкова определила, что в его кошельке лежат еще три пятитысячных. «Бедный, бедный! – подумала она. – Наверно, это вся его зарплата…»

Бекетов меж тем загружал продукты в багажник:

– Передержу ночку в холодильнике, а завтра привезу прямо на новую квартиру.