– Восстанавливающий напиток? – Криворучко нехотя поднялась с табурета. – А как это?

– Кто ж тебя замуж возьмет, недотепа? На две части свежесваренного кофе отмеряешь часть коньяку. Хочешь сказать, в доме нет коньяка? Ну, это уж твое небрежное отношение к своим обязанностям. И оно, безусловно, отразится на определении долей наследования…

Этого было достаточно, чтобы Криворучко засобиралась в магазин.

– Да ладно, ладно, – милостиво остановила ее Зина, когда та уже открывала дверь. – Так и быть, обойдусь без коньяка. Быстро свари мне кофе и настрогай фруктовый салат.

– Покрошить печенья? Полить сгущенкой? Посыпать шоколадной стружкой? – распиналась Оксана.

– Увы, красава, только гольные фрукты. Дуракаваляние закончилось. Мне необходимо сесть на жесткую диету, – и Зина загадочно улыбнулась. – Я вчера кое-кого встретила.

– Хорошенький? – живо заинтересовалась Криворучко.

– Как бы сказала твоя покойная благодетельница, это форменный няка. Чистейшей прелести чистейший образец.

В начале первого Рыкова выбежала из подъезда. По дороге в редакцию предстояло придумать правдоподобную байку, почему эксперт слетел с крючка. Ее раздумья прервало настойчивое «бибиканье». Мельком глянув на кремовую «Ладу-Калину», Рыкова продолжала свой путь. Знаки внимания от владельцев отечественных авто казались ей оскорблением.

Когда машина медленно поехала рядом с ней, Зину кольнула тревога. Неужели пришла и ее очередь стать жертвой расчетливого и беспощадного убийцы? Она отошла от тротуара поближе к палисаднику и ускорила шаг. Ноги от страха подкашивались. «Только бы дойти до остановки, а там люди…он не посмеет», – мелькало в голове. Между тем, «Лада» теснила Зину все ближе к штакетнику, постепенно отвоевывая место на пешеходной дорожке.

– Что вам от меня надо? – наконец, вскричала Рыкова и… застыла как вкопанная. Из-под опущенного стекла на нее с улыбкой смотрели дивные вишневые глаза, окаймленные черными ресницами.

– Миша? – замешательство на лице Рыковой сменилось бурной радостью. – Когда ты успел побриться?

– Я жду тебя с восьми утра. Ты на работу? Я отвезу.

Рыкова с готовностью плюхнулась рядом с ним. Тут же Бекетов ловко протянулся к заднему сиденью и положил Зине на колени букет из пяти красных роз.

– Розы… зори… какая разница, – пробормотал он. – Главное, что алые.

– Алые зори, – тихо отвечала Рыкова. – И почему я тогда тебе не написала?

– Наверно, я был не в твоем вкусе. К тому же тебе было всего семь лет, и ты больше думала о куклах, чем о мальчиках.

– Вздор! – в своей манере выкрикнула Рыкова, но тут же осеклась: – Я хотела сказать, что никогда не играла в куклы.

– Только в живых людей? – улыбнулся Миша. – Я имею в виду, мужчин.

– Я произвожу такое впечатление?

– Извини, если обидел тебя. Просто ты очень красивая, и мне трудно представить, что кто-то может оставаться к тебе равнодушным.

Рыкова польщенно потупилась и принялась перебирать пальцами лепестки роз. Вдруг на ее лицо набежала тень.

– Что с тобой? – участливо обратился к ней Миша.

– Вспомнила, что мне надо ехать в эту треклятую редакцию и писать дурацкий, никому не нужный текст. А то, что из-за этого расследования над моей жизнью нависла опасность, мегеру-редакторшу совершенно не интересует!

– Может, расскажешь, в чем дело? – нахмурился Миша. – Молчишь? Извини, если задал тебе бестактный вопрос. Но, пожалуйста, если это правда опасно, откажись. Очень тебя прошу.

Рыкова задумалась. Она бы с удовольствием отказалась. Чем глубже она копала, тем более шокирующие открытия делала. Но остановиться сейчас, не выведя отравителей на чистую воду – это, во-первых, не удовлетворить свое любопытство, а, во-вторых, лишиться ряда подработок. А они, судя по масштабам вскрываемых ею злодеяний, обещали быть на порядок выше, чем те жалкие крохи, которыми она перебивалась доселе. Тем более, ее новый приятель, судя по всему, парень небогатый. И машина у него убожество, и сидели они не в «Фортеции», и букет подарил всего из пяти роз. Но видно, что стремится сделать ей приятное и вытягивается в нитку…

– Нет, Миш, я не откажусь от расследования, – Зина подняла на Бекетова честные, хоть и несколько воспаленные после вчерашнего глаза. – Сделать это мне не позволяет моя журналистская совесть. Но сейчас я просто не знаю, как ехать в редакцию. Моя фурия требует экспертного интервью. Я все ноги сбила в кровь, но так и не нашла дурака, который бы согласится порассуждать на тему контрафактных микстур для похудения, оборот которых я пресекла в «Аполло». Все трясутся за свои места.

– Постой, постой. А какой дурак… эксперт тебе нужен?

– Какой угодно, хоть с минимальным званием и должностью. Юрист, врач, общественный деятель.

– Отлично! Значит, я могу тебе помочь.

– У тебя на примете есть придурок, который согласится ввязаться в это мутное дело?

– Этот придурок – перед тобой. Разреши еще раз представиться: Михаил Бекетов, руководитель международного независимого фонда «Врачи мира против злоупотреблений» по Эмскому региону. Кандидат медицинских наук.

Все еще не веря в свое счастье, Зина набрала номер Кориковой: