Он остановился, чтобы перевести дыхание.

— Сейчас Элли Тейлор генеральный директор «Хэдли Тейлор Йорк». Я думаю, ты постараешься узнать, как и откуда она пришла к этому. Что? Да, да. Мне нужны эти сведения через двадцать четыре часа. Как ты думаешь, справишься?

Он выслушал ответ, продиктовал номер своего личного факса и посмотрел на часы.

— Ты, наверное, начнешь прямо сейчас. Это очень важно для меня, Джек. Да, да, конечно, цена будет много выше, чем за предыдущую работу. Я надеюсь на тебя.

Закончив разговор, Ник повесил трубку.

И в последний раз взглянул на листок бумаги, где было написано имя Элеонора, Элли. Он не был бы удивлен, если бы сошел с ума. Схватив листок бумаги, он скомкал его в тугой маленький шар. Скоро все выяснится. Джек был самым лучшим специалистом по таким расследованиям. И если все это окажется… Ник заставил себя дальше не думать. Сейчас он не должен возвращаться к этим мыслям, ибо они причиняли ему сильнейшую боль и страдания.

Элли проснулась рано и выскользнула из-под одеяла, чтобы раздвинуть занавески. Яркие солнечные лучи ворвались в комнату. Это было прекрасное утро, и ей захотелось разделить его с кем-нибудь. Она чувствовала себя свободной и бодрой. Накинув легкий шелковый пеньюар, она присела на край кровати и набрала номер портье.

— Соедините с люксом Эдварда Гамильтона.

Через секунду он что-то пробурчал хриплым, сонным голосом.

— Привет, Эдвард! Это я!

Ее голос звонко ворвался в сонную тишину. Он кинул взгляд на часы:

— О Господи, Элли! Сейчас только семь.

Устало вздохнув, он лег на спину, положив трубку на подушку.

— Я знаю. — Она казалась чрезмерно оживленной. — Ты не хочешь присоединиться ко мне и позавтракать на балконе?

Вопреки всему он улыбнулся. Она вела себя, как непоседливый ребенок, это было заразительно.

— Есть очень невежливые слова для подобных тебе людей, — проворчал он, затем сел, протирая глаза руками.

— Это значит «да» или «нет»?

— Это значит, что я не хочу бриться.

Она улыбнулась:

— Да? Растрепа! Увидимся через пять минут!

Закончив разговор, Элли стала заказывать завтрак, а Эдвард сполз с постели.

Когда он появился, она сидела на балконе и читала. Официант сервировал завтрак в номере. Она встретила Эдварда улыбкой.

— Доброе утро, — произнесла она, наблюдая за ним, когда он подошел к перилам балкона и огляделся.

— Доброе. Славный будет денек. — Он посмотрел на нее через плечо. — Хотя я совсем не собирался начинать его таким образом. Этот завтрак должен быть очень хорош, раз из-за него меня подняли в такой ужасный час!

— Будет, будет! Лучше сядь и успокойся. — Она встала, направляясь в гостиную. — Что ты хочешь, кофе или чай?

— Кофе, пожалуйста.

Несколько минут спустя она поставила на столик поднос и стала разливать кофе. Передавая ему чашку, она уловила изучающий взгляд.

— Почему ты так странно смотришь?

Он пожал плечами.

— Не знаю… Я думаю, из-за того, что прошло слишком много времени с тех пор, как я видел тебя в шортах и майке, — улыбнулся он. — Ты выглядишь немного странно.

— Премного вам благодарна, — скорчила она рожицу, и они расхохотались.

— Но ты действительно кажешься другой, Элли. С тех пор как мы прибыли сюда, ты абсолютно переменилась.

— Я и чувствую себя другой. — Она оглянулась на сливающийся с небом океан, и улыбка ее угасла. — Это потому, что я отдыхаю только второй раз.

— Ты говоришь о выходных днях? — удивился Эдвард.

Она посмотрела на него.

— Мой медовый месяц был единственным отдыхом. Я ездила в Париж, в Мадрид по делам, но… — Она вздрогнула. — У меня никогда не было выходных.

И тогда Эдвард подумал, как мало по-настоящему знает о ней.

— Я изменилась, потому что отдыхаю, и это восхитительно!

Так ли это? Только ли в этом дело?

Она взяла чашку:

— Мы позавтракаем в номере, или принести все сюда?

— Давай останемся здесь, — ответил он вставая, чтобы помочь ей. — Потом я позвоню в «Боуен корпорэйшн» и договорюсь о сегодняшней встрече. А потом, если ты не против, мы проведем ленч у Дойлис в Вэтсон Бэй. Как тебе мои предложения?