– Эр хазан фас тагор? – я обернулась.

Мимо меня прошел тот самый орк, что пнул мой рюкзак, сбил меня на мотоцикле и подкинул деньжат, короче, я в очередной раз убедилась, что минусом острова является его малая площадь.

– Эзвар рапил шир, – бушующий орк отодвинулся от парня, с которым мутузился мгновение назад, и склонил голову.

– Здесь принято говорить на языке древних, – произнес высокий седой эльф, незаметно вышедший из кабинета регистратуры. Он посмотрел на меня, всё ещё стоявшую на скамейке, потом глянул на мерзопакостного орка, и, наконец, окинул взглядом претендентов, подравшихся и воздержавшихся.

– У каждого свои предки, – заметила орчиха, из-за которой и начался бардак.

– Здесь вас научат сочетать традиции и новации, – спокойной ответил эльф и снова уставился на меня. На вид ему было лет девяносто – сто, то есть около пятидесяти в переводе на человеческую жизнь, темные с проседью волосы пучками торчали за острыми, длинными ушами. На лацкане темно-синего пиджака блестел значок ордена – гора Мироздания с замком на вершине.

– Слезьте со скамьи, уважаемая, – попросил он и повернулся к моему старому знакомому. – Рад видеть Вас среди претендентов, Азар Эзрех Хагон.

Я отвернулась к стене, пытаясь скрыть удивление, остальные не очень в это преуспели, таращясь во все глаза на орка. Вот так да, оказывается, мой знакомый шкаф принадлежит к клану Эзрех Хагона! Хорош орден, раз принимает под своей крышей бешеных псов.

У знатных орков есть такой обычай: при знакомстве они обязательно говорят, к какому клану принадлежат. В большинстве своем, это правящие семьи и приближенные к ним. Власть в оркских землях всегда была сосредоточена в руках нескольких мощных кланов, ведущих свою родословную от некого героически окочурившегося предка.

Я подняла рюкзак и оперлась плечом о стену. Что ж, мой мир расширился от маленького городка до едва ли не всей планеты. Стоило начать привыкать.

– Выстраиваемся в очередь, – скомандовал эльф. – И ведем себя достойно.

– Джеймс Симонс, Герфезон. Ты здорово вышла из ситуации.

– Да уж. Антея Тейер, – о родине я благоразумно умолчала. – Но орки что-то не расположены ко мне.

– Ко мне тоже, – Джеймс потер рассеченную скулу. – Давай помогу.

– Ничего себе, что ты туда понапихала? Шмотки?

Его бесцеремонность меня не смутила – я сама чаще всего вела себя точно так же.

– Нет, книги.

– Ну да, конечно, – усмехнулся новый знакомый, не поверив мне.

– Дезмонд Элье, рад приветствовать вас в нашем университете, – он пожал мне руку. – Приготовите документы и проходите к свободному столу. Я буду ждать вас в кабинке номер три.

– Хорошо, спасибо.

Мои данные внесли в компьютер, активизировали карточку с номером, выдали кучу каких-то документов, и я направилась в кабинку, озираясь по сторонам. Справа от меня, в таком же стеклянном коробе, дворф беседовал с орчихой, из-за которой началась потасовка. Та засмеялась, но звук её смеха не долетел до меня, однако я дофантазировала отвратительный гогот.

– Присаживайтесь.

– Антея Тейер.

– Ваш отец участвовал в Болотных воинах? – спросил эльф, принимая бумаги.

– Да, он был офицером.

– Как Вы относитесь к этому военному конфликту?

– Как и к любому другому – он не оправдан.

– Не оправдан? То есть, смерти солдат на войне бессмысленны?

– Это их выбор, значит, для них это имеет смысл. Мое мнение здесь бессмысленно, – что-то меня понесло. Но эльф задавал вопросы так быстро, что я не успевала подумать над ответом как следует.

– А что если, это оборонительная война? И солдаты защищают свои семьи и свои земли? – не унимался Элье.

– А зачем тогда нужен ваш орден, если вы такое допускаете?

– А зачем тогда Вы решили остановить драку в коридоре? – вывернул он.