– Дейс пишет о том, что жрецы открывали портал регулярно, думая, что это ворота в обитель Света, а с ними говорит верховное божество. Но как-то раз ритуал пошел не так, и вместо маленькой расщелины жрецы разверзли пропасть, – Азар пожал плечами. – Что взять с фанатиков.

– У нас поклоняются Свету до сих пор, – заметила я.

– И ты тоже?

– Скорее нет, чем да.

– Что значит "нет"? Свет – антипод Тьмы. В нем истина и вечность.

– Ваш заказ.

– Да, спасибо, – я отодвинула сыр. – У нас здесь не религиозный диспут. Перейдем к делу.

– Меня всегда поражала эта человеческая безалаберность, – проигнорировав мои слова, продолжала Нарома. – Вы что, возомнили себя великой расой? Живете меньше века, стареете, когда мы расцветаем, ничего не делаете для достижения совершенства.

– Не далее, как неделю назад ты развлекалась с нами в клубе, – напомнила я. – А теперь… на тебя снизошло озарение?

– Я… росла в религиозной семье, но предала идею, прилетев сюда, – Нарома грустно улыбнулась. – Вы оба открыли мне глаза.

– Эм… Давайте обсудим задание, – не унималась я. Хотелось поскорее отсюда свалить.

– Кламп считал, что портал открыли нарочно – один из жрецов искал поддержки у демонов, дабы получить власть.

– И кем был этот жрец?

– Я откуда знаю? Кламп не пишет. Может, само Святилище здесь и построили из-за "голосов", которые якобы слышали Древние. И вообще, всё, что было до Великой ночи и в ходе неё теряется во тьме. Это была грандиозная война… Или катастрофа…, – я аккуратно сложила листки. – Думаю, с меня хватит. Скажем то же самое Бонэсу.

– Интересно, с чего жрец взял, что демоны придут ему на помощь? – вдруг произнесла Нарома.

– Наверное, он думал, что это некие божества. Интересно то, что они построили храм существам, которые едва не уничтожили планету.

– В наше время этим занимаются разумные расы, – Азар не сводил с меня глаз. – Поклоняясь всему, что приходит на ум, мы надеемся лишь на ракеты под нашими лужайками.

– Кто-то выпускает боеголовки, а кто-то – демонов, – я развернулась и пошла прочь.

Похоже, мы с Азаром почти нашли общий язык. А вот у Наромы слетела крыша.

– Это была небольшая… потасовка…

– Угораздило тебя устроить её на глазах у Бонэса, – Гранто что-то загружал на компьютер с маленького, черного диска. – Терпение Шнори имеет границы. Ещё одна выходка – и оно лопнет.

– Это вышло случайно, демоны! – я вытащила из сумки и положила на стол перед Гранто огромный том по теории абстрактных полей. – Вот.

– В свое время нам читали лекции по этому раритету, – Гранто любовно провел ладонью по растрескавшейся кожаной обложке. – С тех пор прошло много времени.

– Вы учились здесь?

– Да, – профессор раскрыл том, принялся его листать, но внезапно остановился и, ткнув пальцем в выделенный текст, улыбнулся, как будто нашел на старой фотографии друга детства. – Теория болида – двадцать лет назад её опроверг Кептур, а мы писали по её альфа-основанию дипломный проект.

– Не помешаю?

Я и Гранто оторвались от книги и обернулись. В дверях стоял Арельсар, как всегда одетый в нечто невразумительное. Уж насколько я была неприхотлива в одежде, но и мне казалось, что ему совершенно наплевать на свой внешний вид. Старые, выцветшие брюки, потертая куртка с меховым воротником, смахивающим на сдохшего от старости кролика, в руке – грязная сумка с порванным ремешком – ни дать ни взять вылезший из мусорного бака гоблин-переросток.

– Под прикрытием работаете, офицер? – съехидничал Гранто.

– Можно и так сказать. Как проходят занятия?

– О таких вещах стоит предупреждать заранее, офицер. Мы бы успели подготовиться.

Кевт прошел мимо нас, бросив взгляд на экран моноблока, и остановился у стекла.

– Вы проверяете только защиту и атаку?