– Мне скорее видится, что нас попытаются сделать союзниками, ну, или хотя бы постараются вытянуть из нас полезную информацию.

– Значит, полагаю, ваш следующий шаг — проникнуть в дом к Мальтузу. А если вы, действительно, обнаружите там нечто подозрительное?

– Естественно, тебе сразу же станет об этом известно. Но я надеюсь, что этого не случится.

Когда они собрались уже уходить, Алек задержался возле двери:

– Теро, а ты слыхал что-нибудь о поветрии, называемом сонным мором?

– Нет. И что это такое?

– Какая-то зараза в районе порта. Люди просто падают и так и лежат с открытыми глазами, пока не умрут с голоду.

– Не похоже ни на одну из известных мне магий. Быть может, это какая-то форма эпилепсии? До сих пор что ничего об этом не слышал.

– Видимо, здесь просто никто ещё не заболел, — сказал Серегил. — Недуг поражает пока лишь бедняков Нижнего Города.

– А, ну что ж, тогда это многое объясняет.

– Мы слышали, что жандармы поговаривают о карантине, — добавил Алек.

– Конечно, это не останется без людского внимания. А Валериус этим ещё не занялся?

– Мне ничего об этом не известно, — ответил Серегил. — Должно быть, жрецы и целители нижнего города так же беспокоятся о карантине, как и все прочие.

– И есть отчего. Зараза может охватить весь город.

– А если она дойдёт сюда, может подняться паника.

– Думаю, это всё же лучше предоставить дризийцам, — проворчал Теро. — Смотрите, лишь, сами не подхватите её.

Серегил выгнул бровь:

– Боже мой, Теро, я так тронут твоей заботой.

– Я всего лишь имел в виду, что найти замену вам будет большая морока, — ответил Теро, однако в его глазах промелькнули веселые искорки, что было совершенно невероятно ещё несколько лет назад

– А когда ты, кстати, соберешься сходить с нами в театр? — поинтересовался Серегил.

Это уже превращалось в своего рода забаву: раскрути мага на то, чего ему не хочется делать.

– Достойный ужин и игорные дома после представления гарантируются.

Ответом ему был страдальческий взгляд Теро:

– Тебе больше не над кем измываться?

– Сначала мы отобедаем с Килит и её племянницей Исмай на Улице Колеса, отпразднуем мои именины. Присоединяйся хотя бы к ужину.

Видя, что Теро засомневался, Алек принялся соблазнять его:

– Жареный с луком угорь, заливное из тунца в специях, груши в розмариновом сиропе, пирожные….

– Жареный угорь от вашей поварихи? Её пирожные? — алчно улыбнулся Теро. — Тогда точно приду.

Первыми прибыли Килит с Исмай и, пока ждали Теро, они уговорили Алека устроить для них показательную стрельбу из лука. Вскоре к ним присоединился и маг, и все уселись в прохладе сада, чтобы отдать должное ароматному пиршеству.

Серегил щедро разливал по кубкам вино, однако они с Алеком сами пили совсем немного, желая сохранить свежесть мозгов для настоящей ночной работёнки.

Пока судачали о лошадях и охоте, Исмай, прехорошенькая блондинка, принялась откровенно заигрывать с Теро, хотя маг старательно делал вид, что ничего не замечает.

– А маги ездят на охоту? — поинтересовалась Исмай.

– Кое-кто, да, — отвечал Теро, накладывая себе ещё угря. — Когда я был подростком, я и сам охотился, вместе с отцом и братьями. Но с тех пор, как надел мантию, у меня не было на это ни времени, ни желания.

– Он предпочитает прозябать в своей башне, — поддразнил его Алек. — Раз в неделю мы к нему заходим, чтобы стряхнуть пыль.

– Что ж, тем более рада возможности увидеться с вами нынче, — бархатным голосом ответила Исмай. — А скажите мне, почему священники придерживаются безбрачия?

– Не все из нас его придерживаются, — отвечал Теро, сосредоточенно кромсая своего угря. — Те, кто так делает, считают, что таким образом, не растрачивая энергию на плотские утехи, они усиливают свои магические способности.

– Вот уж Нисандер бы с ними не согласился, — хохотнул Серегил. — Сам он не слишком-то распространялся на эту тему, однако имел кучу любовных связей.

– О, меня всегда интересовало, что у него с Магианой, — сказал Килит.

– Сердечная дружба, ничего плотского, — ответил Серегил. — Хотя, думаю, именно она и была его настоящей любовью.