– Ну да, гостиная, - равнодушно ответила Оля.
– Бабуль, тебе цейлонский или бергамот?

– Цейлонский...
– крикнула бабушка, перемещаясь в другую комнату.

На прикрытых мешковиной коробках лежало несколько сабель. Некоторые в богато украшенных ножнах, другие - просто так, наголо.

– Кудряво живете, молодежь.
– Елизавета Павловна осторожно потрогала острие одной из сабель. А потом, воровато оглянувшись на дверь, взяла в руку саблю, оказавшуюся легкой, и несколько раз молодцевато взмахнула ею над головой. Прямо красный командир в юбке. На пенсии.

– А здесь что будет?
– вернулась она к мирной жизни.

– Не знаю, может, кабинет, - из кухни крикнула Оля.

– Кабинет?!
– бабушкино удивление было безмерно.
– Да детская, решила она по-своему.

– Спальня-то! Зачем такая огромная?
– старушку здесь удивляло решительно все.

– Нормальная. Воздуха много... Иди, остынет, - умоляюще позвала ее Оля, которая уже обалдела от всех этих бабулиных вопросов.

Но та никуда не торопилась. Она достала монетку из старенького портмоне. И, с трудом наклонившись, засунула денежку в щель между двумя паркетинами. На счастье. Так делали всегда. И ее бабушка. И бабушка ее бабушки... Замечательная все-таки у Оленьки квартира. Просто роскошная. И кухня какая... Большая!

Аккуратно расправив подол парадного платья, она присела напротив внучки.

– Ох, Олюшка, я так рада, что у вас есть свой дом... Я все вспоминаю, как мы в эвакуацию с твоим отцом по углам кочевали... Ему тогда еще и двух лет не было.

– Сахар класть?

– Нет, я с тортом...
– И бабушка задумалась. Посмотрев на Олю повлажневшими глазами, она принялась за торт, попутно рассуждая: - Нет, все-таки Саша юноша хороший, по-своему порядочный. И друзья его уважают. Такую квартиру подарили...

– А мы, может, переедем отсюда, - неожиданно вырвалось у Оли.

– Вот те на!
– всплеснула руками бабушка.
– А что случилось?

Оля поняла, что погорячилась. Вот уж с кем не стоило обсуждать эту тему!

– Да... Не, я так, брякнула. Мы пойдем на Кремера?
– ловко перевела она разговор.

– Пойдем, пойдем. Только чай допьем. Прежде чем выпустить бабульку на лестничную площадку, Оля выглянула за дверь сама и внимательно оглядела порог и все углы. Сегодня гранат и прочей пиротехники не наблюдалось. И то хлеб.
– Бабуль, пойдем пешком, а то лифт сломался.
– Оля потянула бабушку за рукав, стараясь, чтобы та не заметила следов взрыва. Но бабушка все продолжала о своем:

– Лифт-то починят. Только не вздумайте переезжать. Мне квартира понравилась.

– Осторожно, здесь ступеньки крутые, - предупредила Оля.

Но следы недавнего происшествия трудно было не заметить. Вся стена лестничного пролета была абсолютно черной, буквально как грифельная доска. Только в отличие от доски пачкалась не мелом, а сажей. Под ногами похрустывало стекло и мелкие кирпичные осколки. В стенах зияли выбоины, а металлические перила выгнулись так, будто какой-то безумный силач долго и упорно проверял на них силу своих мускулов.

– Да-а, вот подъезд, конечно, запущен, что здесь было-то?
– удивилась бабушка.

– Баллончик взорвался, - отворачиваясь в сторону, соврала Оля.

– Ничего себе баллончик, - фыркнула бабушка.
– Как после бомбежки!

XIII

В густом еловом лесу было сумрачно. Из неглубоких овражков поднимался слоистый туман. День уже близился к закату. Красноватые лучи солнца пробивались меж еловых стволов и ветвей, подсвечивали туманный воздух, придавая ему бледно-розовый оттенок. Остро пахло смолой и почему-то дымом видимо, на ближних дачах жгли костры.

Было тихо до звона в ушах. Городские звуки до этой чащобы не долетали. Кто бы мог подумать, что до кольцевой дороги всего каких-то пять километров!

И только голос кукушки вдруг тревожно ворвался в тишину.

– Семь, - загибая пальцы, считал Космос.

– А я восемь насчитал, - поправил Пчела.

– Мало что-то, - невесело подытожил Фил.

– А такой жизни год за два.
– Космос подтолкнул плечом мрачного Фила.

Но тот почему-то не развеселился:

– Один черт, мало.

Бригада в полном составе выходила из леса на опушку. Впереди - Белый, за ним Космос, Фил и Пчела. Следом - бойцы, их маленькая грозная армия.

До сих пор молчавший Белый обернулся. Вгляделся в лица пацанов:

– Фил, я только сейчас въехал, а где Скиппи с Гошкой?

Фил ответил не сразу. Ему совсем не хотелось поднимать эту тему именно сейчас. Но вопрос был задан.

– У Скипона сотрясуха...
– И он немного виновато пожал плечами.

– А у Гохи нос загнулся, как клюшка Кохо Революшн, - пояснил Космос.