— Да нет там ничего.

И тут голубоватый табачный дымок обрисовал в пустоте некую фигуру. Фигура была видна какое-то мгновение, но и этого было достаточно, чтобы Бро отчаянно закричал и отпрыгнул назад. Испугались и все остальные, испугались и попятились к креслам.

— Извините, — сказал спокойный голос. — Этого больше не случится.

— Исключительно из интересов… — начал Пил, стараясь взять себя в руки.

— Да?

— Исключительно из интересов научного любопытства… Пил пытался, но не мог унять тик на левой щеке.

— Успокойтесь, мой друг.

— Этот ритуал… Он что, действительно сработал?

— Естественно, нет. Друзья мои, эти фантастические церемонии ровно никому не нужны. Если мы действительно вам нужны, мы приходим.

— Так значит, вы…

— Я? О… Я знаю, что вы давно обо мне думаете. А сегодня вы меня захотели — действительно захотели, и я пришел.

Остатки сигаретного дыма еле заметно обрисовали кошмарную, из пустоты состоящую фигуру, которая вроде бы наклонилась и непринужденно присела на край сцены. Кот секунду помедлил, а затем начал выгибать шею и громко мурлыкать, словно кто-то его гладил.

— Но все эти обряды и ритуалы, пришедшие к нам из глубин… — снова заговорил Пил, уже успевший кое-как справиться со своим тиком.

— Чистейшая символика, мистер Пил. — (Услышав свое имя, Пил непроизвольно дернулся.) — Вы читали, вне всяких сомнений, что мы появляемся только по исполнении определенного ритуала и только если он исполнен абсолютно точно. Все это, естественно, ерунда. Мы появляемся, если нас призывают искренне, — это условие абсолютно обязательно, — а там уж был ритуал или не было…

— Я выйду, — прошептала Сидра, бывшая на грани нервного срыва. — Что-то тошнит.

И попыталась встать.

— Секундочку, если позволите, — остановил ее тихий голос.

— Нет, ни секунды!

— Я помогу вам, миссис Пил, избавиться от вашего мужа.

Сидра недоуменно сморгнула и снова уселась в кресло. Пил сжал кулаки, попытался что-то сказать, но тихий голос опередил его:

— А вы, мистер Пил, сохраните свою жену, раз уж вам действительно так хочется. Я вам это гарантирую.

Кот сам собою поднялся в воздух и удобно разлегся на пустоте в паре футов от пола. Было видно, как ложится и поднимается шерсть под гладящей его невидимой рукой. После долгого молчания Бро спросил:

— Так что же вы имеете нам предложить?

— Я предлагаю каждому из вас его самое страстное желание.

— И что же это конкретно?

— Новое ощущение — абсолютно новое ощущение…

— Какое новое ощущение?

— Ощущение реальности.

— Не думаю, чтобы кто-то из нас хотел именно этого, — рассмеялся Бро.

— И все же это так, ибо я предлагаю вам пять различных реальностей, реальностей, которые вы сможете сформировать каждый по собственному вкусу. Я предлагаю вам миры вашего собственного изготовления, где миссис Пил сможет радостно убить своего мужа и в то же самое время мистер Пил, в своем отдельном мире, сможет сохранить свою жену. Мистеру Бро я предлагаю фантастический мир писателя, мистеру Финчли — бесконечные возможности для творчества…

— Но все это сны, — презрительно бросила Фиона, — а снам цена пенни в базарный день. У каждого из нас их в избытке.

— Но после сна вы пробуждаетесь и платите горькую цену за осознание того, что это был лишь сон. Я же предлагаю вам пробуждение из настоящего в будущую реальность, которую вы сможете формировать по своему собственному желанию, — реальность, которая никогда не кончится.

— Пять одновременных различных реальностей — это противоречие в исходных посылках, — не преминул заметить Пил. — Это парадокс, невозможное.

— Так значит, я предлагаю вам невозможное.

— А цена?

— Простите?

— А цена? — повторил Пил, ощущавший все нарастающую смелость. — Мы же все-таки не совсем наивны. Мы знаем, что всегда есть цена.

Последовала долгая пауза, после которой загадочный голос сказал укоризненно:

— Бытует очень много неверных представлений, и я боюсь, что вы не все понимаете. В данный момент я не могу объяснить вам подробно, но поверьте мне, что платить ничего не придется.

— Просто смеху подобно. Ничто и никогда не отдается задаром.