— Лаура…

Неведомая сила толкнула их навстречу друг другу и сомкнула губы. Они целовались, не глядя по сторонам, не замечая ничего, не ведая времени… Целовались самозабвенно, отчаянно… Лауре казалось, что усеянное серебряными искорками звезд ночное небо кружится над ними, вращается вокруг невидимой оси, которая поднимается над их головами. Звезды бегут все быстрее и быстрее, обращаясь в тускло-серебряные круги. Небо качалось и вертелось, заваливаясь то в одну, то в другую сторону, казалось вот-вот — и чернота небесного свода рухнет, врежется в землю, и звезды посыплются вниз, описывая серебристые траектории, и застучат по булыжнику, словно монетки… Но и угроза падения небес не могла заставить их разлепить сомкнувшиеся губы, расплести пальцы, не могла заставить их оторваться друг от друга…

Первой опомнилась Лаура. И с удивлением обнаружила, что небеса по-прежнему на месте, а она, привстав на цыпочки, крепко обнимает Кари за шею… С некоторым усилием девушка отстранилась и, облизнув губы, охрипшим голосом спросила:

— Кари… Это было чудесно… Я никогда раньше — так вот… А как ты думаешь, уже очень поздно?

— А… Поздно? Тебе все же скучно со мной. Но я же предлагал музыкантов? — Юноша шутил совершенно машинально, он еще не пришел в себя, его руки бродили по Лауриному лицу, перебирали растрепанные пряди волос, легонько касались щек и висков…

— Кари, моя тетка… — простонала Лаура, приходя в себя окончательно, — она мне голову оторвет!

— Ах да, эта твоя ужасная тетка… — Руки Кари опустились Лауре на плечи, легли, успокаивая, теплые, нежные. — Я думаю, сейчас часа два… Или три… Не позже, небо еще не светлеет.

— О-о-о… Что же мне делать…

— А? Как же… — теперь в голосе Кари слышалось смущение, он понимал, что виноват, — ну вот что. Я сам провожу тебя домой. Тебе уже лучше? Ты можешь идти? Я отведу тебя домой и покаюсь, что я виновен в твоем опоздании.

— Кари, ты соображаешь, что говоришь? — Лаура едва не расплакалась. — Я появлюсь среди ночи, да еще с незнакомым молодым человеком…

— Ты считаешь, что среди ночи лучше появляться одной? По крайней мере мой приход будет означать, что мы не занимались ничем предосудительным, и я могу с чистой совестью показаться на глаза твоей тетке и просить прощения за то, что ты задержалась вне дома. В конце концов при мне она, должно быть, не осмелится тебя слишком уж бранить.

— Да? Ты так думаешь? — с сомнением в голосе переспросила девушка. — Ты просто не знаешь мою тетку, она… Да если даже она не станет меня при тебе отчитывать, то после… Хотя… Хотя…

Лаура спорила уже просто машинально, на самом деле она понимала, что уступит. Во-первых, она знала, что Кари все равно сумеет настоять на своем. Так уж выходило, что она слушает его во всем. А во-вторых… Во-вторых, ей просто не под силу расстаться с Кари прямо сейчас… После… После всего… Всего этого… После всего этого, что с ними было.

— Конечно! — подхватил Кари, разглядевший ее сомнения. — Все равно, так или иначе, я когда-нибудь предстану перед твоей теткой. Ну должен же я с ней познакомиться?

Лаура не понимала, почему Кари «должен» знакомиться с тетей Тинной, но если он сам так говорит…

— Ну, раз ты сам так говоришь… Смотри, это не я, а ты предложил!

— Да, я. И вся вина будет на мне — ну, если вдруг что-то пойдет не так. Идем!

И Кари, подхватив девушку под руку, повлек ее по темной улице.

— А откуда ты знаешь, в какую сторону нам идти? — спросила Лаура, споткнувшись в темноте. — Погоди, не так быстро!

— Хорошо, пойдем медленнее. Просто я волнуюсь. Твоя тетка, быть может, придушит меня раньше, чем я успею изложить все свои извинения и покаянные мольбы… а дорогу… Я помню, что когда мы вчера распрощались, ты ушла в эту сторону. Так что еще два или три квартала я могу пройти без подсказки…

— Два или три квартала?

— Ну да, вон до того угла, скажем.

— А потом свернем на улицу Красного плаща, потом на втором перекрестке направо — и мы почти на месте…

Кари вдруг резко остановился — так что Лаура была вынуждена вновь вцепиться в его плечо, чтобы не упасть.

— Постой… Постой, Лаура… Ты не на улице ли Серого Булыжника живешь?

— Да…

— В доме с синим фонарем?

— Да…

— Нет!!! — внезапно с отчаянием выкрикнул Кари. — Нет!!! Он больно схватил Лауру обеими руками за предплечья и резким движением повернул ее к себе. Шаря совершенно безумными глазами по ее лицу, он прошептал едва слышно:

— Нет… Проклятие, только не это… Нет…

— Кари?.. Кари, ты что?

Лаура не успела испугаться по-настоящему, но ее спутник выглядел сейчас не просто странно, а… как-то невероятно. «Нет… Нет…», — продолжал шептать он, крепко сжимая побелевшими пальцами предплечья девушки.