Лаура выплюнула себе в ладонь зеленовато-бурый комочек и задумалась. А что, собственно, произошло? Ничего предосудительного она не делала. Ни-че-го! Вот… И сегодня она пойдет прогуляться с Кари. Странное дело, он, по всему видать, неровня Лауре, но вежлив с ней и очень мил. Да, очень мил! И к тому же — они ведь сговорились? Она пообещала ему прогулку по ее любимым улицам. Ну, не то чтобы пообещала, но ответила вполне утвердительно. А это все равно что пообещала! Так что теперь она просто обязана встретиться с Кари, как они уговорились. И тетке можно ничего и не сообщать.

Пока Лаура рассуждала о предстоящем свидании, голоса за дверью смолкли, и вскоре хлопнула дверь — мастер Эвильет отправился в Валлахал, императорский дворец. Тут же Лаура услышала, как тетка Тинна прошлепала по коридору, ее шаги смолкли под Лауриной дверью. Ну вот, сейчас начнется… Еще и за опоздание ей влетит, не принесла, мол, вовремя яблок… Тетка утверждает, что у мастера Эвильета слабое здоровье и ему обязательно нужно есть много яблок. И непременно с утра. Вздор какой… Неужто придворный маг самого Императора не сумеет позаботиться о своем здоровье без каких-то дурацких яблок? Вздор! Хотя сам чародей не спорит с теткой и послушно грызет по утрам «яблочки», Лаура уверена, что он просто не желает вступать в пререкания со своей сварливой служанкой.

Дверь тихо скрипнула — Анатинна попыталась открыть ее и убедилась, что Лаура заперлась.

— Лаурения! Открой дверь! Нам нужно поговорить.

— Сейчас, тетушка. — Девушка вздохнула и послушно отперла.

Тетка осторожно приоткрыла дверь и сунула нос в образовавшуюся щель. Убедившись, что в комнате племянницы ее не ожидает засада вооруженных злодеев, она шагнула внутрь, напуская на себя строгий вид:

— Лаурения, милая! Расскажи-ка мне, что стряслось с тобой по дороге.

— Я же говорила, тетушка, у меня едва не украли корзинку.

— Расскажи мне, как это было! Милая моя, ты же знаешь, как я беспокоюсь, как волнуюсь за тебя. Я ведь дала слово твоей покойной матушке, что буду присматривать за тобой и оберегать, словно родное дитя! Так что же произошло?

— Ну, тетя… Я так испугалась… Мне страшно даже вспоминать… Я сама не своя до сих пор…

— И все же!

— Ну… Какой-то злодей выхватил у меня корзинку из рук и бросился бежать. А я так растерялась, что с перепугу бросилась его догонять. Ну… и… догнала…

— И отняла свою корзину? У злобного грабителя?

— На мое счастье это было на людной улице, мне помогли…

— Кто?

— Н-ну-у… Прохожие… Добрые люди.

— Ах, добрые люди… Милая моя, а не были ли эти «добрые люди» молодыми шалопаями благородного сословия? Не они ли подстроили похищение, чтобы предстать перед тобой этакими «спасителями»? Ты, девочка моя, плохо знаешь нравы здешних негодников! Они способны подстроить всякую подлость, лишь бы втереться в доверие… Зато после…

Лаура почувствовала, как по ее спине словно кто-то провел холодной ладонью… Но вспомнив, как Кари улыбался — застенчиво и притом располагающе, — она решительно отбросила сомнения и ответила:

— Ну что вы, тетя, это были обычные прохожие… Да они же сразу разошлись…

— Ну, хорошо, коли так… — Тетка молча уставилась Лауре в глаза.

Прошла минута. Лаура старательно таращилась на тетку, наконец та не выдержала:

— Ладно, тогда принимайся за уборку! И так задержалась… Или ты не в силах сейчас заниматься своей работой? Может, тебе прилечь?.. Ненадолго?.. Ты, должно быть, очень взволнована…

Последние слова тетка произнесла неуверенно — забота о переживаниях племянницы и внимание к душевному состоянию Лауры появлялись у нее очень редко, и Анатинне самой это было непривычно.

— Нет-нет, — заверила тетку Лаура, — я сейчас займусь… Вы позволите мне немного пройтись после обеда, тетушка? Что-то я и в самом деле сама не своя, мне бы немного прогуляться…

…Собираясь на свидание с Кари, Лаура ужасно волновалась, она не представляла, что скажет, куда они пойдут… Вообще-то это было первое в ее жизни свидание — не принимать же в расчет встречи с «положительными молодыми людьми» в доме мастера Эвильета и под неусыпным наблюдением тетушки?.. Или неумелые попытки ухаживать, предпринимавшиеся — совершенно безуспешно — юными рыбаками в родном городе Лауры…

Девушка так и не осмелилась надеть свое лучшее (и страшно неудобное) платье — из опаски, что тетя заподозрит неладное. Уже собравшись, она некоторое время стояла, глядя на дверь и приложив ладони к щекам — не горят ли… Наконец Лаура решилась — то и дело охая и прижимая пальцы ко лбу, старательно изображая недомогание, она отправилась к тетке на кухню и напомнила Анатинне о своем желании и, едва лишь дождавшись согласного кивка, «отправилась немного прогуляться». В условленном месте девушка оказалась на добрых полчаса раньше, чем они уговорились, но Кари уже ждал ее. Едва заметив Лауру, он тут же широко улыбнулся и зашагал навстречу.