С наступлением ночи жители наглухо закрывали створки и окна и перемещались в жилой квартал, протянувший бесконечные щупальца улиц глубоко под землю. С внешней стороны, стены видимой части Толуса, превращались в идеально гладкий монумент без зазоров и щелей. История гласит, что город подвергался трем осадам, которые произошли за последние пятьсот лет, при этом ни один вражеский воин не смог проникнуть на территорию муравейника. Ни один житель Толуса даже не взялся за оружие во время осады, продолжали работать и не отвлекаться на ерунду Даже если бы армия и смогла пробиться в верхние ярусы, через пару часов они сошли бы с ума, блуждая в бесконечном потоке пересечений, улиц и немыслимых поворотов.

Не смотря на хорошую защищенность города, муравьи немало времени уделяли физической подготовке. Тренировка начиналась за час до рассвета.

Многие кланы дорого бы дали, чтобы узнать чему учили в боевой школе мурмицины, вышедшие из ее стен считались одними из лучших воинов Айруна. Но чужаков сюда не допускали. Никогда. Ни при каких обстоятельствах.

Старый мурмицин сидел на возвышении у левой стены, прищуренными глазами наблюдая за тренирующимися учениками. Лысый, темнокожий и очень древний мужчина, мог стоять на одном пальце руки, скрестив ноги над головой, не один день.

Иногда учитель бросал несколько тихих слов. Ученик, которого они касались, кланялся и выполнял приказ учителя. Каждое движение оттачивалось до идеального исполнения.

После тренировки толусовцы спешили освежить разгоряченные тела и приступить к работе. Толпа живо обсуждала последние новости, разработки и нововведения, спорили, чья лаборатория лучше и у кого больше работы. Лантэн бежал в потоке муравьев, радостно переговариваясь с приятелем:

— Как дела в вашей ткацкой лавочке? — спросил он у Синта, с интересом шевеля усиками на лысой голове.

— Не очень, — махнул рукой друг, — работа стоит. Моца не выделяет нам работников на ткацкие станки.

— А что же королева? — Лантэн в удивлении раскрыл и без того огромные глаза.

— У Витты и без нас забот хватает. Ткач ходил к ней на прием. Она сделала выговор Моце, что ей приходится урегулировать такие пустяки и приказала разобраться. Советник сильно обозлился и теперь всячески снижает нам работу.

— И что, работников так и не выделил?

— Дал необученных юнцов, которые пока только портят лен. Так что мне сейчас развозить почти нечего, заказы медленно шьются, работы от силы на полдня хватает. Думаю, на днях поищу подработку, пока меня бездельником не заклеймили.

Он грустно вздохнул, усики с макушки свесились до щек. Лантэн ни разу не видел таким печальным своего друга. Он сразу задумался, как бы чувствовал себя на его месте, потеряв объем работы. Впору удавиться!

Они молча пробежали несколько пролетов вверх, поворот направо, снова лестница.

Весь Толус они знали наизусть, как свою собственную ладонь и могли с закрытыми глазами добраться до нужного места. На очередной развилке друзья скупо распрощались и побежали на работу.

Лантэн вошел в лавку ремонтника-создателя. В верхнем покое ровным светом горел хрустальный шар, рассеивая белое свечение по помещению. За столом, склонившись над желтоватой тетрадью, сидел высокий сутулый старик, лысый, с редкой седой бородой, свисавшей на столешницу длинными прядями. Он тщательно и старательно заполнял отчетную документацию, выводя вычурные руны. Услышав, что в лабораторию кто-то зашел, Дамир, не переставая размашисто черкать записи, поприветствовал своего работника и ученика:

— Да, прибудет с тобой работа, Лантэн!

— Пусть растут ваши труды! — ответил на приветствие молодой муравей, слегка склонившись в почетном поклоне.

— Сегодня много дел, — улыбнулся старик, не отрывая больших глаз от рукописи, но усики у него на голове радостно зашевелились. — На полках возьми коробку для повара Джефа. Я вчера закончил для него очередную нагревательную панель.

— Когда же вы успели, Дамир? Мы ведь только вчера начали ее собирать, — вытянул от удивления усики молодой муравей.

— Я взял детали домой и ночью все до собирал! — гордо произнес старый мурмицин, погладил свою куцую длинную бородку и первый раз оторвался от записей.

Затем спохватился, поняв, что впустую тратил драгоценные мгновения и хмуро приказал:

— Хватит болтать, Лантэн, иначе никогда твоя работа не возрастет! Тебе еще надо отнести в печатный цех капсулы, заправленные новыми чернилами, для станка и заменить старые. Не забудь взять пустые сосуды обратно с собой.

Лантэн быстро записывал поручения старика, между делом нагружая тележку различными предметами.