— Буду только рад, если вы окажетесь правы, мессер Карло Фрескобальди!

— Скажите пожалуйста: «если вы окажетесь правы»! Выходит, он не доверяет клятвенным заверениям лица королевской крови!

— Что тут происходит? Кто не доверяет? Кто осмеливается унижать принца?

Было похоже, что назревает изрядная потасовка, потому что у некоторых просто чесались руки дать выход своему воодушевлению, а для этого годился любой, даже самый ничтожный повод.

Какой-то молодой человек ответил:

— Я не собирался унижать принца, я только сказал: жаль, что для сплочения флорентийцев потребовался приход француза!

Дино Компаньи удивленно взглянул на молодого человека. Что нужно этому Арнольфо Альберти, с которым он не обмолвился ни единым словом! Но потом он понял намерение юноши: тот хотел отвлечь от Данте всеобщее внимание, которое могло стать опасным. Дино подхватил поэта под руку и пошел с ним дальше. Оба еще уловили несколько обрывков из оживленного разговора:

— Да здравствуют французы! Этот принц — просто золото! Долой нытиков и маловеров!

Но вскоре энтузиазм населения начал спадать. Было на что посмотреть, чему подивиться, о чем посудачить!

Редко флорентийцы были столь счастливы и довольны, как в тот знаменательный день! Однако праздничное, приподнятое настроение горожан стало быстро улетучиваться.

— Вы слышали, — поделился вечером того счастливого дня один горожанин с другим, — наши приоры просили французского принца поселиться в народном дворце, который мы отстроили всего два года назад, но, увы, он предпочел остановиться у Фрескобальди!

— Как, у друзей Корсо Донати?! Увы, тогда совершенно ясно, что его больше заботят интересы черных, чем благо города!

Члены цеха булочников торжествовали:

— Разве мы с самого начала не говорили, что не доверяем принцу и за его мирными предложениями усматриваем опасные намерения? Но мы остались в изоляции, все остальные подняли нас на смех! Теперь мы посмотрим, к чему клонится дело.

И вскоре булочники имели основание еще выше задрать нос.

Правда, в глубокой тайне. Пятьсот солдат Валуа снова предстали перед своим господином, но на этот раз они все как один были вооружены! Многие горожане немедленно разбрелись по домам — потому что никто не может сказать, что случится дальше. Что-то определенно назревает!

Вскоре все испытали большое разочарование.

Под стенами города расположился в засаде со своими сторонниками презренный Корсо Донати. Он дал приказ взломать городские ворота Сан-Пьетро-Мадджоре. О, как взлетали топоры и молоты, и как колотились сердца тех, кто силой возвращался в родной город, который их отторгнул!

Через обломки полуразрушенных ворот Корсо Донати в сопровождении своих друзей и вооруженной пехоты ворвался в родной город. И тут же на площади Сан-Пьетро-Мадджоре собрались его сторонники из числа горожан — все тяжело вооруженные — и с воодушевлением кричали:

— Барон жив! Да здравствует барон!

Корсо удовлетворенно засмеялся:

— Мы снова здесь, и пусть другие заметят это! Час отмщения пробил!

— Браво! Брависсимо! Мы разобьем им окна, подожжем дома!

Толпа черни становилась все больше.

— Где теперь эти господа приоры? — спросил Корсо. — Я хотел бы поприветствовать их!

— Они забились в мышиные норы, трусливые горлопаны!

— Но нам нужно еще больше единомышленников! Вперед, нападем на тюрьмы и освободим бедных парней, которые пострадали от этих негодяев белых!

— Вперед, на штурм тюрем! Долой белых!

Разгоряченная толпа устремилась к государственным тюрьмам. Заключенные были приятно поражены, когда двери распахнулись и к ним в камеры с громкими криками ворвались неожиданные освободители, а никто из таких грозных прежде тюремщиков не осмелился раскрыть рта.

— Выходите! Барон Корсо Донати, который неравнодушен к мелкому люду, угнетенным и порабощенным, дарует вам свободу!

— Да здравствует барон!

— А теперь все присоединяйтесь к нам, все до единого, мы отправимся к тюрьмам подеста и выпустим оттуда остальных братьев!

— А потом прогоним приоров из их дворца!

— Прогоним? Да половине из них нужно отрубить голову!

Приоры знали, что нужно делать, когда в городе вспыхивает мятеж и творится насилие. У Флоренции достаточно сил, чтобы обуздать мятежников! И если они полагают, что могут найти поддержку у французского принца, то их придется в этом переубедить! Принц Карл Валуа выслушал посланцев синьории с холодной, бесстрастной улыбкой.

— Как, я должен вмешаться? Власти города не могут рассчитывать на это всерьез! Я прибыл сюда как нейтральный миротворец. Я не вправе вмешиваться во внутренние дела города, только сегодня я торжественно поклялся в этом!