Я потянулась и сжала ее руку. Ее жизнь была полным хаосом, и на меня нахлынуло сильное чувство вины. Но сейчас, я была рада, что вернула свою сестру.

— Мы никогда не дождемся официантки, — сказала Киэра, выскальзывая из кабинки, – Текила для меня. Кола малявке. А тебе что?

— Текилу, — сказала я, – И, спасибо.

Она медленно подошла к бару и встала следом за блондинкой, которая отчаянно нуждалась в лифчике.

Я огляделась по сторонам и внимательно посмотрела на сестру.

– Ты никогда не спрашивала, — сказала я.

Она наклонила голову.

– Не спрашивала что?

— Как я попала в другое тело, – я отыскала взглядом Киэру, убедившись, что она не возвращалась, – Когда Джонсон был внутри тебя, ты кричала и называла меня Лили. Ты знала, Роуз. Откуда?

Она нахмурилась, появилась небольшая складка между бровями. Она медленно потрясла головой.

– Я не знаю. Я просто…я просто знала.

— Что еще ты знаешь?

Она сжала губы, и я увидела, как заблестели ее глаза.

– Я многое знаю, — сказала она, ее голос сорвался на шепот, – Вещи, которые он, я думаю, не хотел бы, чтобы я знала.

Я поборола желание обхватить себя, из-за неожиданного холодка.

– Например?

Она наклонилась поближе.

– Он звонил. В ночь, когда ты умерла. Звонил мужчине по имени Иган и сказал, что пришло время. Сказал ему привести Алису.

Я издала глухой звук и поняла, что прикрыла рот рукой. Я была права. Лукас играл на две стороны, помогая исполнить пророчество, чтобы в конце его босс мог использовать меня и найти Ключ Ориса. Я все еще была пешкой, в какой-то большой божественной игре, но, по крайней мере, я знала счет.

— Что еще? — спросила я, но ее глаза расширились, и она потрясла головой, – Не могу сказать, — прижав палец к губам, а руку к груди, – Он всегда слушает.

Я заставила свое лицо сохранять спокойствие, отказываясь показать ей всю глубину неприязни к такому мерзкому существу как Джонсон, внутри нее. Хотя, это было не важно. То же отвращение съедало ее, когда она моргнула, я увидела, как покатились две слезы. Я протянула руки, и она скользнула в мои объятия, а затем положила свою голову мне на плечо.

— Почему это произошло с нами? – спросила она, но я могла только помотать головой.

— Я не знаю.

— Все потому что мы грязные, — сказала она не своим голосом. Голосом, вызывающим мурашки по моему позвоночнику, – Грязные, извращенные, мелкие шлюшки.

Я оттолкнула ее, и, когда ее взгляд встретился с моим, не свою сестру я увидела за испуганными и измученными глазами. Неожиданно, я растерялась, одновременно желая наброситься на существо внутри нее и прижать и утешить ее.

– Грязные девчонки, — сказал Джонсон, – Но ценные. Очень-очень ценные.

— Киэра возвращается, — сказала я, сквозь сжатые зубы, заставляя свой голос звучать спокойно и твердо.

Мои слова были уловкой, но она сработала. Я почти различила, как демон мелькнул в ее глазах, и Роуз осторожно вернулась в мир.

— Мне это не нравиться, — сказала она, опираясь на угол кабинки и прижав палец к губам. Она грызла кутикулы, колени прижаты к груди, и сейчас она выглядела ближе к четырем, чем четырнадцати.

— Рози, — сказала я и потянулась к ней. Она отвернулась и обхватила себя руками. Глубоко внутри меня, я почувствовала, как разбилось сердце, а тьма вскипела, желая освобождения. Желая удовлетворения.

В другом конце зала, Киэра все еще стояла около бара, болтая с девушкой рядом с ней. Я видела, как она опрокинула текилу, затем заказала еще одну. Отлично. Я хотела, чтобы у Роуз было время прийти в себя.

Через пятнадцать минут Роуз опустила ноги на пол.

– Роуз?

— Все нормально, — сказала она, пожимая плечами, – Честно.

Конечно, я ей не поверила, но и спорить не могла. Особенно, когда Киэра, наконец, решила присоединиться к нам снова.

– Выпьем, туристы, – сказала она, посылая Колу Роуз и рюмку текилы мне, – Там еще есть, — добавила она, когда я залпом выпила рюмку.

— Я рада, — сказала я. Если так, то пять или шесть рюмок были бы как раз тем, что надо.

— Итак, что мы будем делать с Маленькой Штучкой? – спросила Киэра, внимательно смотря на Роуз, — Ты тут посидишь, пока мы поохотимся?

Роуз подняла вверх большой палец, а затем кивнула.

– Я буду в порядке.

И она будет, я знала. Потому что, даже если какие-нибудь злобные демоны заблудятся и попытаются проникнуть в ее сознание, Джонсон был на поверхности, он выпихнет ублюдков.