Лица вокруг юноши смазались, и все отчетливее вставали перед глазами те строки, что он читал в Коде Ордалии.

" Вода - это зеркало, а зеркало - это вода. Как капля падает..."

В следующий миг корабль подбросило и Мистрала сбило с ног. Только спустя удар сердца он понял, что захлебывается. Первая волна, накрывшая палубу была страшна в своей ярости. Он слышал, как кричат люди, отчаянно пытаясь схватиться за что-то. За первой пришла вторая, третья... пальцы Мистрала скользили по гладким доскам палубы,- его все дальше сносило к борту.

А потом явилась последняя и самая высокая волна. Черный корабль превратился в хрупкую лодочку, сооруженную из листа, что он пускал еще мальчишкой у берега, с волной нависшей на долгий миг над ним. А потом и корабль и волна исчезли. Ни брызг, ни единой капли не попало на фрегат, смыв и нападавших и Зеркальные воды как дурной сон.

Еще несколько долгих секунд бушевала растревоженная ярость океана, потом, словно сжалившись оставила покореженный корабль на милость судьбы. Шторм, явившийся из ниоткуда, ушел в никуда. Все еще лежа Мистрал обвел взглядом палубу. Корабль выглядел ужасно. Кто-то пытался подняться на ноги, оглядываясь с ошеломленным видом. Другие все еще лежали недвижимо. Юноша лишь мог надеяться, что никого не унесло за борт.

В двух шагах от него лежала скорчившаяся и жалкая Эльвейс. Волосы ее, с запутывавшимися в них водорослями, находились в беспорядке. Капитан уже был на ногах, держась за голову. Меж пальцев его темнело красное пятно. Прислонившись к грот-мачте, точнее тому, что от нее осталось, Арда сидела, глядя невидящим взором на горизонт.

И тут его взгляд нашел священника. Опираясь на трость, тот смотрел на воды, что поглотили корабль нападавших. В глазах Герды застыло выражение жестокого торжества и удовлетворения.

Что бы ни произошло,- помогла ли молитва, или сезон штормов начался и закончился за несколько минут,- об этом он подумает позже. Дрожь слабости разлилась по всему телу. Мускулы походили нам медуз, а голова будто наполнилась водой. Но боль ушла вся, без остатка. Подобравшись к девушке, Мистрал положил ее голову к себе на колени. Карие глаза Эльвейс поймали синеву неба и обратились к нему.

– Все кончено? Молитва помогла?- шептала она, а он гладил ее по голове.

– Капитан,- жалкий, оборванный первый помощник приблизился к господину Тамицу,- у судна сильный крен. Боюсь, у нас не одна пробоина. Вода залила половину трюма.

– Где насосы? Еще есть время, мы успеем,- устало проговорил капитан.- Оставь его,- добавил капитан когда тот склонился над стонущим боцманом,- о раненых я позабочусь лично. Нам нужно спасти судно.

– Боюсь дело намного хуже,- капитан проследил за протянутой рукой мужчины. Там, где должно было находиться рулевое колесо и капитанский мостик теперь осталась лишь груда развороченных досок.
– Корабль не управляем. Все было напрасно.

– Нет, нет, не так это...,- забормотал мужчина. Покачнувшись он приложил ладонь к ране на голове.

– Не напрасно! Кажется молитвы нашего священника помогли. Смотрите, капитан!
– подбежавший к нему один из матросов, указал на белую точку на горизонте. Она быстро приближалась, превращаясь в...

– Это королевский корабль! Видите флаг?
– воскликнул капитан, обращаясь к измученной команде.

Поднявшись Арда подошла к левому борту, что при все усиливающемся крене на правый было делом нелегким. Вместе со всеми она смотрела как точка превращается в линейный трехпалубный корабль. Мистрал услышал ее шепот: "Желала бы я знать, что сегодня на самом деле спасло нас".

– Капитан,- вот зеркало о котором вы просили,- один из матросов подбежал к господину Тамицу, то и дело поскальзываясь на палубе. Не отрываясь от подзорной трубы, капитан отослал мужчину. Тот поспешил присоединиться к остальным членам команды, помогающих друг другу по цепочке вытаскивать вещи с нижних палуб.

– Они изменили курс, да - да, так и есть!
– радостно воскликнул капитан, отнимая от глаз подзорную трубу. Все это время он с помощью специальной морской системы сигналов подавал знаки призыва о помощи далекому кораблю. Опустив осколок зеркальца, господин Тамицу отер рукавом некогда белой блузы пот, катившийся со лба.
– Поживее ребята,- крикнул он суетившейся команде,- Бросайте все, что не представляет личной ценности. Из товара берите самое дорогое. Бочки с морскими цветами оставьте в трюме!

Мистрал пристальнее вгляделся в чуть сместившуюся точку на северо-западе. Действительно фрегат менял курс.

– Где твой друг?
– подойдя, Арда встала рядом с юношей, всматриваясь в далекий горизонт.

"Друг?"

– Я не видел его с того времени, как все закончилось. Где-то поблизости, думаю.

– Хотелось бы мне побеседовать с этим священником...

По тому, как прозвучала эта фраза, подсказало юноше, что Арда озадачена, не сказать больше - поражена случившимся.

Только когда фрегат поравнялся с бортом "Мотылька", Мистрал разглядел, какой он был огромный. По сравнению с королевским судном, корабль господина Тамицу казался действительно не более, чем ночной бабочкой рядом с огнем костра. Теперь, когда их судно уже основательно накренилось, корабль возвышался над ним почти на треть корпуса. ОН был сделан из светлого, медового цвета дерева, корма украшена причудливой резьбой, изображающей жизнь морских обитателей, а нос венчала фигура духа - покровителя моря Реи. Ветер трепал штандарт,- красную розу над волнами на голубом полотнище.