— Король Генрих, должно быть, ошибся, — обратился Стефан к группе стоявших перед ним советников. — И я смущен тем, что его последней волей было отдать эту корону и этот трон именно мне.

Двое советников что-то пробормотали и обменялись многозначительными взглядами. Кровь прилила к лицу Стефана.

— Вы что-то хотели сказать? — он повысил голос.

Советники замолчали, с тревогой глядя на Стефана.

— Вы сомневаетесь? — Стефан поднял вверх указ, объявляющий его преемником Генриха. Он взял его с собой именно на случай подобных осложнений. В залитом солнечным светом зале блеснула печать короля Генриха. — Указ заверен королем собственноручно. Это ведь я отомстил за него, — сказал он так убедительно, что даже сам почти поверил в то, будто Генрих и вправду объявил его своим преемником и заверил указ своей печатью. На самом деле Стефан все сделал сам, в королевской спальне, сразу после того, как король перестал хрипеть под прижатой к его лицу подушкой. Именно тогда Стефан поднял безжизненную руку Генриха и прижал к расплавленному воску кольцо с королевской печатью, обеспечив свое будущее, искренне веря, что заслужил эту награду, ведь он совершил то, на что ни у кого другого не хватило смелости.

— Я снова спрашиваю и советую тщательно продумать ваш ответ, — продолжил Стефан голосом, в котором прорезалась властность. — Итак, вы сомневаетесь?

Один из советников поспешно ответил:

— Нет, сир.

Стефан, глубоко вдохнув, удовлетворенно откинулся на спинку трона. Взглянув на королеву Лейлу, он увидел в ее теплых глазах одобрительную поддержку.

— Я буду продолжать дело короля Генриха вместе с его дочерью — ныне моей женой и детьми, которые появятся у нас на свет.

Неожиданно в дальнем конце зала началось какое-то движение. Влетели три маленькие оживленно болтающие пикси и прервали речь новоиспеченного короля.

— Какие красивые сводчатые потолки! — воскликнула Фислвит.

— Не важно, что сводчатые, зато потолки! — ответила Нотграсс.

— А какие наряды! — сказала Флиттл, разглядывая пышное платье королевы Лейлы. — Здесь настоящий рай!

Пикси подлетели прямо к Стефану и застыли над ним. Он нервно заерзал на троне. Существа с вересковых топей — здесь, в его замке! Уж не Малефисента ли послала сюда этих крылатых дурочек? И что, собственно говоря, им нужно?

— Кто вы? — спросил он.

— Приветствую вас, ваше величество, — сказала Нотграсс, делая в воздухе ручкой. — Я Нотграсс, из волшебного народца с вересковых топей.

Не желавшая отставать Флиттл подлетела ближе.

— А я Флиттл, ваше королевское величество, — сказала она и подтолкнула локтем Фислвит.

— А я Фислвит, ваше величество, — и самая маленькая из пикси поклонилась настолько низко, насколько это возможно сделать, вися в воздухе.

— Зачем вы явились? — грозно спросил Стефан.

— Скажи ему, Флиттл, — обернулась Нотграсс к своей подруге.

— Почему ты сама не хочешь сказать? — спросила Флиттл.

Стефан нетерпеливо заворчал.

— Ох, ты такая несносная! — всплеснула руками Нотграсс, а затем обратилась к Стефану: — Если ваша милость не будет возражать, мы хотели бы здесь жить. Мы ищем приют.

Стефан удивленно заморгал. Он не знал, что нужно этим гостьям, но такого явно не ожидал.

— Приют? Но зачем?

— Мы, честно сказать, не любим войн, — пояснила Фислвит.

— А у вас есть потолки! — Флиттл подняла руку, указывая наверх.

— И здесь любят наряжаться, — добавила Фислвит, кивая королеве Лейле, которая улыбнулась ей в ответ.

Нотграсс пыталась удержать нить разговора.

— У нас сильное предчувствие, что на вересковые топи опускается тьма, — сказала она.

Стефан обдумывал сказанное, прекрасно зная, чем именно вызваны такие перемены в месте, где он когда-то так любил бывать. В нем с новой силой вспыхнуло чувство вины, но Стефан вновь поборол его, убеждая себя в том, что не мог поступить иначе. Он стремился к цели, о которой всегда мечтал, которой упорно добивался. Любой, вставший при этом у него на пути, становился всего лишь препятствием, которое следовало преодолеть.

— А еще там слишком сыро и все покрыто плесенью, — добавила Фислвит.

— Точнее, промозгло, — поправила ее Флиттл. — И плохо пахнет. Не то что здесь. Здесь все такое нежное… как детская попка, — она вздохнула в подтверждение своих слов.

— …попка ребенка, которого мы желаем вам и королеве. Мы желаем, чтобы этот ребенок вскоре благословил вашу семью своим появлением на свет, — сказала Нотграсс.

Тут в принявший новое направление разговор поспешно вклинились две остальные пикси:

— Но это не просто традиционное пожелание. Ведь мы волшебницы, феи!

— И очень хорошо умеем обращаться с детьми!

Лейла широко улыбнулась и посмотрела на Стефана. Его взгляд смягчился. Он понял, что присутствие пикси сделает его жену счастливой.

— Хорошо, — сказал он, отпуская пикси взмахом руки. — Вы можете остаться.

Пикси поклонились и, громко щебеча, улетели прочь.

— Больше никаких болот! — кричала Фислвит.

— Чур, я первая выбираю себе комнату! — сказала Нотграсс.