Следующие минут пять мы проводили обмен ударами, ежесекундно оказываясь то в одной части зала, то в другой. Обмен ударами сказано слишком громко, скорее он метался всякими колющими, горящими, жгущими, замораживающими и еще черт знает какими штуками, я же уклонялся, периодически приближаясь и нанося серии ударов то по броне, то по различным преградам. Естественно, в прыгучести выигрывал я, он только иногда отпрыгивал или взлетал к потолку, засыпая меня мощнейшими массовыми хреновинами. А когда мы уже все обливались потом и прерывисто дышали, тот вдруг пролетел к полуразрушенной противоположной стене и, немного отдышавшись напрягся так, что я уж думал его сердце не выдержит. Однако, спустя секунд пять мои ступни чуть ли не загорелись, и я прыгнул настолько, насколько это позволял высокий потолок зала, схватившись за балку, и тут же весь пол в зале вспыхнул пламенем, поднявшимся метра на четыре ввысь. Жар стоял как в аду, но не продержался и пары десятков секунд. Спускаться мне совсем не хотелось: всюду пахло паленой резиной, а запах копоти едва ли не накрыл мое обоняние. Жажда кислорода восторжествовала и я выпрыгнул в огромнейшее окно, где уже ждал меня Седовласый, точно так же отдыхающий, только в воздухе. Разозлившись на его технику полета, хотел уже прыгнуть вверх, однако произошло то, что окончательно поставило крест на его бойцовской натуре: подняв руки над головой, прямо из его ладоней заструился жаркий воздух, превратившийся впоследствии в огромный огненный шар. Сейчас мы находились в относительной безопасности от лишних ушей и глаз: окна, из которых мы не так давно выпрыгнули, выходили на детскую площадку, обставленную по кругу домами.

— Попробуй это! — крик на чистом кирвите сверху вырвал меня из размышлений, и я еле-еле успел увернуться, запрыгнув на крышу трехэтажного «Витязя» выбросом Ки после высокого прыжка, когда внизу прогрохотал чудовищной силы взрыв и запахло гарью. Оказавшись на крыше, прячусь за первым попавшимся препятствием и слежу за передвижением противника. А оказался он не из глупых, предпочтя для начала сотворить каток из крыши и только после этого явно задумал что-то нехорошее, снова подняв руки над головой. Не дав ему времени сотворить задуманное, выбегаю из укрытия, и, подобрав камень, кидаю снизу вверх, целясь в горло, в лучшем случае — кадык. Получиться-то получилось, только я успел поскользнуться и прокатился по льду метр прежде, чем вонзил в него пятерню, невольно вспомнив бедную бетонную стену с похожей судьбой. Не давая шанса отдышаться седому, подползаю к краю крыши, и, встав на ноги, выбросом Ки бросаюсь на противника, парящем в воздухе. Раз это необычный (это еще мягко сказано) противник, я немного изменил тактику, и сейчас нанес разрушительный внутренний удар правой в солнечное сплетение, после левой в висок и снова правой в горло. Нормальному бойцу я бы уже сломал шею и пробил голову, но сейчас даже мои кулаки немного побаливали от стального тела Седовласа, с громаднейшей скоростью проделавшего дырку в земле. Не собираясь падать вслед за ним, выбросом Ки возвращаю себя назад и перепрыгиваю на следующую крышу трехэтажки, пытаясь теперь уже хоть немного отдохнуть.

Вот это да… мало того, что противник необычный, так и чересчур сильный; к тому же я не знал, что с ним делать…

Если пробовать в ближнем бою, он начнет перемещаться, летать (что бесит сильнее всего), выставлять преграды разной природы, и превращать свое тело в камень. В дальнем бою преимущество явно на его стороне, спрашивается, что делать?..

Ответ нужен был молниеносный, так как этот гад уже взлетел вверх, словно и не получал только что. Хотя, его Ки заметно снизилось, впрочем, как и мое, которое я потратил в основном на перемещение и различного рода выбросы. Мое тело все так же окружало Ки, которое я рефлекторно старался спрятать, но вовремя понял, что противник не может чувствовать его и оставил все как есть. Пять секунд, целых пять секунд ничего не происходило: он искал меня, паря в воздухе, а я отдыхал, вытянув ноги, и ждал действий. И, о чудо, он совершил непростительную ошибку за всю нашу битву: перестал парить в воздухе и ступил на крышу здания в пяти метрах от моего укрытия, пытаясь найти меня.

Выждав момента, я кинулся на него с одновременным выбросом Ки на предельной для меня скорости как только он вдохнул. В мгновение я оказался перед ним, и от неожиданности он не успел напрячь пресс и мое колено едва ли не коснулось его позвоночника сквозь каменное тело. Удар такой силы, приправленный чудовищной Ки заставил его тотчас выдохнуть весь воздух, сбив дыхание и кашлянуть кровью, но лишь на мгновение, так как следующие десять секунд я не давал ему ничего сделать против моей яростной атаки, не отдаляясь от него ни на сантиметр, с каждым новым ударом поднимаясь все выше и выше в воздух. Левой коленкой удачно попадаю в печень, сразу же провожу левой рукой удар в один дюйм на горле и тотчас другой рукой прекардиальный удар, останавливающий сердце. Однако тот каким-то образом предугадал это и успел левитацией не то, что уклониться, а даже пролеветировать спиной вперед к земле. Я ожидал подобных действий, поэтому выбросом Ки полетел вслед, нагнав почти через две секунды и молниеносно звезданул ногами в корпус, отправив в быстрейший полет до земли. Оглушительный звук отразился от зданий вокруг, а у седовласого сбилось дыхание от сильного удара о землю, в которой он проделал дырку радиусом метра два-три. И именно в этот момент я оказался на нем, успев провести четыре удара в жизненно важные точки его непробиваемого тела. Тут его броня дала трещину по всему телу и я решил добить, убийственно засадив правым локтем в кадык. Но, словно почувствовав мою жажду крови, седой взорвал между нами нечто, которое сбило на секунду дыхание и отбросило в воздух метров на пять. При этом фокусе совершенно не пострадал сам Седовлас, который уже стоял на ногах и явно замышлял что-то плохое. Ну, как, замышлял… уже замыслил. Не успел я приземлиться на все четыре, как в меня сначала полетел град ледяных стрел, защититься от которых я смог лишь полностью закрыв корпус руками и ногами. Отпускать меня из воздуха, где я не мог противопоставить практически ничего, старик явно не хотел, а когда надо мной почти за секунду сформировался исполинский клубок огня и воздуха я с толикой страха подумал: «Да любись оно конем…» и, едва ли не последним выбросом Ки попытался долететь до крыши. Да, именно попытался, а когда попытка кончилась сильным ударом всего моего тела о какую-то преграду, которую я вообще ощутить был не в состоянии, в голове осталась лишь одна мысль:

— Сейчас наступит полный коллапс…

И ведь наступил, однако не полный; похоже, он тоже выдохся: когда в меня полетела крошечная сфера совсем странного запаха, я, падая, в последней надежде высвободил немного Ки для защиты и меня всего лишь отбросило далеко назад, разбив край крыши и прокатив по ней метров, эдак, шесть. Хотя, нет, не всего лишь: схватившись за правый бок, очень болезненно вдыхаю драгоценный воздух, только что нагло вырванный из легких. Однако, долго прохлаждаться не следовало — Дьявол, как он прозвал сам себя, уже взлетел на приличную высоту, а через два глубоких вдоха я стоял на ногах, сместив центр тяжести вниз.

Остался единственный шанс: я потерял слишком много как физической силы, так и Ки, поэтому следующий шаг будет решающим, а одна ошибка может стоить мне жизни. Решив не дожидаться его смертоносных атак, поднимаю небольшой камень и бросаю снизу-вверх, целясь в лицо, и сразу же прыгаю на него, пока еще экономя энергию. В этот момент я взвинтил свою реакцию до предела, дожидаясь хода противника и, когда в мою сторону полетел воздушный кулак, молниеносно первым выбросом оказываюсь над противником, а следующим уже несусь сверху вниз. Все, что успел сделать Седовлас, так это произнести фразу: «Ёп!..», и получить правым локтем прямо в темечко, молнией полетев вниз.

Однако, я слишком поверил в свои силы, и пропустил заранее подготовленный им сгусток той самой странно пахнущей сферы, откинувшей меня далеко-далеко назад и вверх. Я даже не сумел защититься: энергии, кроме той, которая окружала меня, уже не осталось и сейчас я, набрав высоту, полетел по дуге вниз, невольно вспомнив прыжок в Адланде, когда меня поймал в воздухе Андрей (тогда еще Айнер), не дав разбиться. Но в этот раз никого рядом не было, и толику страха я испытывал… Да кого я обманываю?! Мне, черт возьми, страшно падать с пятидесяти метровой высоты, будучи едва ли не полностью вымотанным…

А между тем скорость набралась уже приличная, и мое тело обязано было обнять асфальт через секунды три.

Черт, черт, черт!!! Провести настолько великолепный бой и так глупо умереть, разбившись о землю, не входит в мои планы!! Попытка выбросом Ки как-то остановить падение не увенчалось успехом: слишком большая скорость.

Чуда не происходило, и в отчаянной попытке хоть что либо сделать, я выставил перед собой руки, дабы самортизировать о землю, мысленно крича: «Стой!!!», и даже не понял, как невольно привел в движение Ки, доселе всю драку окружавшее меня.