Посчитав это концом, я мягко встал с табуретки и проследовал к дивану, плюхнувшись на спину и скрестив руки за головой.

— Тебе что, не интересно?

— Да не то, что бы… Как бы это сказать, я просто не могу понять: а надо мне на это время тратить? Просто с бойцами подпольной арены Дмитрия как-то не подфартило, и я разочаровался в их силе…

— М-м… Я как раз нашла вот такую маленькую запись из статьи новостей, в которой говорится о Федоре Емельяненко, который два раза выступал в Лиге. Первый раз в 2007 году, проиграв за 1 минуту 57 секунд; и второй раз весной 2013, снова потерпев поражение, в этот раз за 2 минуты 35 секунд. И это он выступал еще в младшей Лиге…

— Младшей?

— Ну, это Евразийская.

— Ясно, а кто такой этот Федор? Имя такое забавное, — я хохотнул.

— Федор Емельяненко — русский боец ММА, известный во всем мире как один из лучших. Окончил он свою карьеру в 2016 году, победив в реванше и Хандерсона и Джуниора Дос Сантоса, от которых потерпел поражение ранее.

— Однако, мне это ни о чем не говорит.

— Если сравнивать Тарского и Федора, то они примерно равны, а вот если тот кореец вышел бы против Емельяненко, то наверняка победил бы.

Я хмыкнул:

— Неплохо… Если учитывать, что он проиграл в первых минутах в Лиге, то это многообещающе…

Повисла пауза. Алина все так же сидела за компом, повернув голову в мою сторону, а я расписывал в голове будущие тренировки.

Мои думы прервала Алина:

— Слушай…

— Да?

— Почему ты так одержим всякими боями и тренировками? Сейчас мирное время, да и вообще, ты же Убийца, — тонко намекнула Алина на предпочтение Убийц оружию.

После того случая я изменился, хотя и раньше боевые искусства мне не были чужды, однако я решил не отвечать Алине, просто перевернувшись на правый бок спиной к «сестре». Алина в свою очередь сама отвернулась к компу и стала щелкать по мышке до тех пор, пока я не встал с дивана и предложил перекусить.

— С радостью, — бывшаый Мастер скрытности повесила наушники на специальную вешалку купленного стола для компьютера, что-то быстро накатала на клаве и умудрилась прошмыгнуть на кухню быстрее меня, когда я уже стоял в дверях. Импровизированное «чаепитие» в середине дня проводилось в тишине ровно до первого моего вопроса:

— Знаешь, я вот тут подумал…

Однако эта зараза не дала мне окончить мысль:

— Да? Это поэтому ты молчишь так долго?

— Иди ты, — спокойно отмахнувшись от Алины, продолжил: — Я никогда раньше не слышал о Лиге, разве там собираются не лучшие из лучших?

— Не в этом дело, это как Гильдия Убийц. Сравнение, конечно, не совсем корректно, но очень похоже. В общем, о Лиге никто ни сном, ни духом, так как узнав о ней, начнется небольшой переворот в мире официальных боевых искусств. Такие величайшие бойцы, как Панратов, Емельяненко, Мирко Крокоп, Дос Сантос на фоне любого бойца Международной Лиги будут выглядеть детьми в песочнице…

Я задумался: действительно, тогда вся реклама и звания «Сильнейший», «Легенда», «Король» и так далее будут уничтожены.

— Алинка! — вскрикнул я так, что девушка чуть не поперхнулась чаем, — Я же забыл тебе сказать! На днях я заметил кого-то с очень похожей на технику скрытности Убийцы, к тому же тот способен прятать Ки.

— Прятать Ки? Как ты?

— Ну, не совсем, у него на это уходит еще больше времени, чем у тебя, раза в три-четыре… — На это девушка наигранно надулась, однако продолжала слушать: — Но ты знаешь, все это очень сильно удивляет…

— Подумаешь, — пожала плечами Алина, — или ты считаешь, что кроме тебя, меня и Маши больше никто не умеет скрывать свое присутствие?

— Не в этом дело… Тебя не удивляет тот факт, что прошло уже более тринадцати тысячелетий, а Гильдия Убийц до сих пор существует?

Повисла напряженная тишина, однако ненадолго:

— С одной стороны удивляет, причем очень сильно, ведь ни одна организация в мире не существовала даже более сотни лет, а тут летоисчисление на порядок больше… — и продолжила уже более оживленным голосом: — Однако с другой стороны, людей еще называют тараканами за их приспособление к любой ситуации, а если вспомнить, на что способны те же Мастера в любой из Гильдий, то все встает на свои места.

— Действительно, вполне оправданное мнение, но… — задумался я, повернув голову в бок, и произнес по слогам: — Тринадцать. Тысяч. Лет. — снова повернувшись к Алине спросил: — Ты в это веришь?

Снова тишина заполнила кухню с остывающем чаем на столе. Но уже через минуту я же и развеял ее:

— Ладно, как бы то ни было, надо быть во всеоружии.

— Во всеоружии? Все время, пока мы живем здесь, мы не сделали ничего такого, за что нас можно было бы «заказать», — тут девушка застыла на секунду, поставила чашку на стол и резко спросила меня: — Ты ведь ничего такого не делал?