– Я исполню твою последнюю просьбу.
– Проговорил я, дважды нажимая на кнопку "принять". Хоть этот человек и бандит, он показал мне, что не все так просто, и, что не он был причиной ситуации, возникшей в резервации ВИЧ-инфицированных.

– Спасибо. Слушай. Я знаю, что ты теперь не просто человек... Попытайся не дать этому миру умереть окончательно. Я верю...

Взгляд стекленеет, последний вдох... Мертв.

Я огляделся. Бетонная коробка, выгорит все, но пожара, в общем-то, быть не должно гореть особо нечему.

На всякий случай, я поднялся по лестнице, осмотрел брошенный кабинет босса. Сейф был открыл. Несколько флэшек с информацией, ящичек, закрытый на замок. Я сгреб все в рюкзак, после чего прихватил со стола примеченную ранее большую бутыль керосина, и спустился вниз.

Оросив керосином тело и матрас, и провоняв им всю комнату, я разлил немного по полу, сформировав эдакую "дорожку". На столе лежала пачка сигарет. Взяв одну, прикурил, и положил так, что догорев, она зажгла бы керосин. Фитиль, тоже импровизированный.

– Земли тебе пухом.
– Прошептал я, напоследок кивая трупу, и двинулся прочь через тот же лаз.

Другом, разумеется, никаким босс Гильдии воров мне не был, но было в нем что-то располагающее ,что ли... Сложно сказать, на самом деле. Черный рынок встретил меня тишиной. Как оказалось позже, это было затишье перед самой настоящей бурей...

– Кайтесь, грешники!
– внезапно послышался голос того проповедника. Он что пришел и сюда свое учение распространять?
– Кайтесь! Место, где сконцентрирована скверна! Нарост на нашем обществе, подобный наростам на телах наших! Так уничтожим же все это! Очистимся духовно, и будем очищены физически! Слава Господу нашему!

Убийцы шли вперед, на устах их было имя Господа. А не он ли завещал им не судить?

Вся суть современных верующих.

– Убивайте грешников, ибо только так Вы заслужите прощение на Страшном Суде!
– снова закричал проповедник. Может быть, у него все же шизофрения? Сначала он говорит, что можно искупить вину, и отвести болезнь, а потом уже кричит об Апокалипсисе.

Толпа была здесь, и она была больше, чем, когда я был на проповеди. За пару секунд она затопила рынок, убивая и топча людей.

Торговцы хламом, побросав товар, побежали прочь.

– Господи, помилуй! Господи, помилуй! Господи, помилуй!
– продолжал верещать проповедник, видимо, где-то нашедший мегафон. Нещадно фонящий мегафон, и фон только добавлял силы этому безумию, творящемуся на черном рынке.

Девушка, которая минут двадцать назад предлагала переспать с ней, бежала прочь от толпы. Ну, наверное, это логично, даже если тебе через пару дней умереть от чумы, умирать под ногами толпы не хочется.

Я встал в пороге одного из домов. Тоже с красным крестом на стене, однако, двери не заколочены. Интересно...

Девушка, побегавшая мимо меня, не успела отреагировать, когда я схватил ее, и затащил в дом. К счастью, исчезновение одного человека из бегущих толпа не сумела заметить.

Я прижал ее к стене, зажав рот.

– Тише, тише, хорошо?
– я заметил, что могу говорить шепотом. Вроде как пару дней назад такой возможности в игре еще не было...
– Посидишь тут, пока что...

Девушка быстро-быстро закивала, и я отпустил ее, после чего подошел к мутному пыльному окну.

Толпа уже затопила эту часть улицы. Кого-то им все же поймать удалось - они тузили кого-то... Интересно, не дойдем ли мы до...

Кресты. Сзади люди несли наскоро сколоченные кресты. Мда. Все понятно.

– Вперед, дети мои!
– продолжал кричать "святой отец".
– Ну же, очистимся от скверны! Подготовим почву для...

Мегафон зафонил слишком сильно, из-за чего последние слова расслышать было невозможно.

Кресты установили в перевернутом виде вдоль дороги.

– Много чести для тех, кто навел на нас гнев Его висеть так же как Спаситель!
– пояснил в мегафон свои приказания. Для паствы, разумеется.
– Они будут умерщвлены самой страшной смертью, может, так мы хоть немного облегчим участь их душ!