Сидящий на мостовой бродяга-гном, подобрав полы замызганного халата, схватил шапку, куда собирал милостыню, и бросился прочь, едва увернувшись от пинка. Эльф не обратил внимания на случайную помеху; мерно цокая подковами, конь бежал дальше, и вскоре всадник вместе со слугой исчезли за домами.

Гном бегом вернулся на прежнее место, присев, провел ладонью по камням и снова поспешил прочь, хотя теперь его никто не гнал. Отбежав подальше, опять сел, поджав ноги, бросил перед собой шапку и застыл, прикрыв глаза.

Покачивая бедрами, мимо прошла та самая чернявая девушка, которую я видел возле телеги, ведя на поводу мула. Внимательно посмотрела на меня, сдула со лба короткую челку и скрылась в конюшне. Проводив ее взглядом, я снова повернулся к площади.

И замер. Скосив глаза, оглядел тупик со складом. Потом Кривую башню, тренирующихся за оградой асинов, дома вокруг…

Что-то здесь не так. Что-то очень-очень не так.

Хотя на площади вокруг Кривой башни, было тихо, спокойно и буднично, но я столько раз участвовал в разных операциях, что виртуальной кожей чувствовал: сейчас будет жарко.

Раздалось ржание, и на нижний край площади выехал небольшой конный отряд: знакомый красный великан на белой кобыле и трое асинов позади. Краснобар возвращается домой. Тоже ничего особого, он наверняка тут часто проезжает.

Я мысленно продлил траекторию движения конников – она заканчивалась у ворот в ограде Кривой башни – и понял, что если бы нищий гном не пересел, то оказался бы точно на пути. Нахмурившись, перевел взгляд в сторону тупика. Телегу уже загрузили, позади нее стоял человек с факелом, а впереди – еще один, с обритой головой, с макушки которой свисала на плечо толстая коса. Он держал длинный молоток.

Из конюшни позади меня вышла чернявая девчонка, дунула на челку и встала у стены. Мордашка у нее была розовощекая и миловидная, только слишком напряженная.

Смутная догадка шевельнулась в голове. Я снова посмотрел на Краснобара. Начиная соображать, что к чему, сфокусировался на нищем.

И увидел мир его глазами.

Мир расцвел призрачными красками. Да он маг, этот гном! Чтобы лучше понять происходящее, пришлось до предела развернуть окно темного зрения, перекрыв собственное. Немного закружилась голова – теперь площадь открылась под другим углом и с другой высоты.

Во-первых, внутри Кривой башни разгорелись сети охранных заклинаний, блокирующие подступы к верхним этажам, а в дальнем, примыкающем к склону Шамбы конце железного моста-подпорки засиял черным глянцем странный магический шар.

Во-вторых, преобразился Краснобар. Вместе с лошадью его заключило в угловатый каркас из фиолетовых световых плоскостей, которые повторяли очертания всадника. Копируя движения кобылы и человека на ней, плоскости двигались, терлись друг о дружку, искря и помигивая, и вся конструкция перемещалась вперед. Это что – защита? Магический доспех Управителя?

И в-третьих, в том месте, где раньше сидел гном, на мостовой возникли линии пентаграммы. Она пульсировала голубым светом, внутри плясали синие молнии.

Ловушка, понял я. Колдовская ловушка. Но не огненная и не ледяная, какой-то другой тип магии. Иногда пентаграмма вспыхивала чуть ярче, над ней взлетали руны, состоящие из синего дыма, и быстро таяли в воздухе.

Глазами гнома я изучил конюшню, девушку возле нее, и перед ней – беловолосого смуглого человека в черной одежде, с мечами за спиной. Двумя парами глаз я одновременно видел и гнома, и себя… Голова опять закружилась.

Выходит, дело было так: гном со своего места заметил приближающийся по улице отряд гораздо раньше меня (вероятно, Краснобар часто возвращается в башню этим маршрутом) и стал заряжать ловушку, но тут проехал эльф со слугой. Пришлось отбежать, потом он вернулся, инициировал свое заклинание и перешел на другое, заранее выбранное место. Такое, чтоб и все видеть, и было легко нырнуть в боковой проулок и исчезнуть. О’кей, понятно, но ведь чую – это еще не всё. Надо понять остальные детали чужого плана. Сузив окно с гномьим видео, я повернул голову направо… налево…

В тупике мужчина наклонил горящий факел к задней части телеги, а второй замахнулся молотком.

Вот оно! Если мысленно продлить тупик, то незримая прямая линия пересечется с линией, по которой едут асины, точно в том месте, где на мостовой горит пентаграмма.

Кем бы ни были люди и гном, – они собираются убить Краснобара. И если у них получится…

В голосе сжалась ледяная рука. Сдавила мозг, я скрипнул зубами.

Если у них получится – я не смогу убить его.

Девчонка у конюшни с тревогой посмотрела на меня. Кинув на нее взгляд через плечо, я зашагал вперед.