Отсюда же одежда, умение хорошо стрелять и ориентироваться на любой местности. Все остальные навыки, такие, как владение рукопашным боем, знание языка, и тому подобное, он никому демонстрировать не собирался. К вечеру, преодолев, ещё около сорока километров, Джесси уже собрался искать место для ночлега, когда неожиданно заметил очередную струйку дыма, медленно поднимавшегося в быстро темнеющее небо.

Свернув с дороги, он не спеша, двинулся в сторону источника дыма, насторожено всматриваясь в темнеющую тайгу. Съехав в небольшой распадок, он увидел несколько одноэтажных строений, над одним из которых и вился замеченный им дымок. По началу, Джесси не заметил ничего странного, но, присмотревшись, неожиданно понял, что в этом поселении всё было не так, как было устроено на хуторе у Савелия.

Если изба Савелия была построена прочно, можно сказать на века, то длинное несуразное здание, над которым вился дымок, было сложено из разных кусков. Доски, брёвна, куски жести и пластика. У Джесси сложилось такое впечатление, что он неожиданно попал домой, на южное побережье штатов.

Тряхнув головой, чтобы отогнать наваждение, он криво усмехнулся, и едва успел сделать два шага, как из кустов вышел высокий, очень худой человек, с длинной бородой и, разведя руками, громко произнёс:

– Добро пожаловать, странник. Войди в нашу обитель и будь нашим гостем.

– Спасибо, почтенный. Я с большим удовольствием приму ваше гостеприимство, если конечно, это не будет вам в тягость, - как можно вежливее ответил Джесси, насторожено рассматривая странного человека.

Сделав ему, приглашающий жест рукой, странный человек тяжело зашагал по снегу в сторону строений. Пропустив его вперёд, Джесси медленно покатил следом, на всякий случай внимательно осматриваясь. Где-то на уровне подсознания, у него в голове тихонько зазвенел сигнал тревоги. Давно уже привыкнув доверять своему инстинкту, Джесси старался быть настороже.

Подойдя к двери, он снял лыжи и, стряхнув с них снег, шагнул следом за хозяином. Внутреннее убранство дома не обмануло ожидания Джесси. Везде царили холод и ужасная нищета. Длинное помещение отапливалось только одной железной печкой, вокруг которой и собрались все обитатели этого странного жилища. Укутанные, кто во что горазд, они производили впечатление не беженцев, а погибающих от холода и голода.

Растеряно покосившись на этих людей, Джесси поздоровался и, сняв с плеч вещмешок, присел к столу, подчиняясь жесту приведшего его человека. Но сесть он постарался так, чтобы за спиной оказалась стена. Прислонив лыжи рядом с собой, и поставив под них мешок и карабин, он внимательно посмотрел на бородатого и, улыбнувшись ему одними губами, спросил:

– Скажите, почтенный, как далеко от вашего поселения до города?

– А зачем тебе город, путник?
– вопросом на вопрос ответил тот.

– Для ориентира. Хочу понять, как далеко мне ещё идти, - пожал плечами Джесси.

– А куда ты вообще идёшь?

– Родственников ищу, - коротко ответил Джесси, не сводя с него тяжёлого взгляда.

– Родственников, это хорошо, - кивнул бородач. – А пришёл ты в святой скит последователей сына божия. Все, кого ты здесь видишь, есть братья и сёстры в святой вере, что придёт час, и спасутся те, кто был твёрд в годину испытаний.

– Во попал! – растеряно ахнул про себя Джесси. – Вот только фанатиков мне и не хватало. Пожалуй, есть, и пить здесь ничего не стоит. Ещё отравят какой-нибудь гадостью, и оберут до нитки.

– Сестра Наталья, накорми гостя, чем бог послал, - тем временем приказал бородатый.

– Простите, почтенный, но, судя по всему, с пищей телесной у вас и так не густо, поэтому, я перекушу тем, что с собой имею, - быстро ответил Джесси, протягивая руку к своему мешку.

По тому, как злобно сверкнули глаза бородатого, Джесси понял, что угадал. Усмехнувшись про себя, он достал из мешка кусок вяленого мяса, полученного им в дорогу от Савелия, и половину пресной лепёшки, которыми и поужинал, стараясь не замечать голодных взглядов, бросаемых на него сидевшими у печки людьми.

В конце концов, они сами выбрали себе такую жизнь, и вешать себе на шею кучу бестолковых нахлебников, способных только молиться и тупо исполнять приказы самозванных святых, он не собирался. Плотно перекусив, Джесси как следует, завязал горловину мешка, успев незаметно переложить пистолет за пазуху.

Не смотря на то, что присевший с другой стороны стола бородач следил за каждым его движением, Джесси рискнул достать пистолет, готовясь к любому развитию событий. Глотнув воды из своей фляжки, уже успевшей оттаять, он небрежно улыбнулся бородачу и, осмотревшись, спросил:

– Вы позволите мне переночевать на этой лавке, почтенный?

– Может, ты путник желаешь услышать о спасении, которое можешь обрести в нашей обители?
– елейным голосом спросил бородач.

– Простите, почтенный, но устал я сегодня. Не до разговоров. Так что, если позволите, я переночую, а утром дальше пойду, - решительно отказался он.

– Тебя не интересует слово божье?!- возмутился бородач, но Джесси сразу стало ясно, что возмущение это притворно.

– Слово божье нужно слушать с чистыми помыслами и ясной головой, а у меня сейчас, в голове только одна мысль, поспать, - удручённо вздохнув, ответил Джесси.