– Не самые приятные новости, - вздохнул генерал.

– Сколько?
– глухо спросил Матвей, чувствуя, как сердце пропустило удар.

– Две пары. Нарвались на засаду. Одна собака ещё жива, но ветеринар говорит, что шансов мало.

– Я могу её посмотреть?
– неожиданно для себя спросил Матвей.

– Конечно. Палатка с другой стороны базы.

– Разрешите идти?

– Хорошо, идите. Но потом, вернётесь сюда. Разговор ещё не окончен, - кивнул генерал, поворачиваясь к капитану.

Выскочив из командирской палатки, Матвей бегом понёсся в сторону госпиталя. Раненных людей и животных лечили по соседству. Так было проще обеспечивать обе клиники медикаментами и необходимым материалом. Эта война давно уже объяснила всем бойцам, что собаки в ней, главные действующие лица и без них, люди были бы обречены.

Рой, которому передалось настроение Матвея, мчался рядом с проводником, грозным рыком разгоняя с дороги всех зазевавшихся. Влетев в палатку, Матвей остановился и, ухватив первую же медсестру за рукав, быстро спросил:

– Где собака, которую ранили сегодня в поиске?

– Ротвейлер?

– Да.

– В углу, но боюсь, ей уже не помочь.

– Ей?!- растеряно переспросил Матвей.

– Сука. Жалко псину, молодая, здоровая, и вот так…

Кивнув, Матвей широким шагом прошёл в указанный угол, и осторожно подойдя к широкой, короткой койке, растеряно замер. Он и сам не понимал, зачем примчался сюда. Неожиданно, Рой, тихо заскулив, поднялся на задние лапы, и уперевшись передними в край койки, начал принюхиваться к лежащей собаке.

Матвей даже не помнил, как её назвали, но это была единокровная сестра Роя, и он очень надеялся, что всё обойдётся. Тихо повизгивая, Рой принялся вылизывать щёку сестры, одновременно кося глазом на Матвея. Не понимая, что он хочет ему сказать, Матвей осторожно погладил её по шее, и неожиданно услышал, что они о чём-то говорят.

Стараясь не вмешиваться, он дал им пообщаться и, отступив в сторону, принялся ждать. Старательно вылизав сестру, Рой опустился на все четыре лапы и, подойдя к Матвею, уставился ему в глаза долгим, внимательным взглядом. Сообразив, что он хочет что-то сказать, Матвей насторожился, и тут же услышал:

– Она говорила ему, враги. Он не слышал. Не слышал.

– Она умрёт?
– растеряно спросил Матвей.

– Нет. Она плохо. Очень плохо. Она не умереть. Долго болеть, но не умереть.

– Это хорошо, - медленно ответил Матвей, опускаясь на корточки. – А как ты услышал врагов?

– Они много говорить, надо убить люди. Я слышать, сказать тебе. Ты слышать, сказать всем.

– Молодец, парень. А теперь, пошли к начальству, - улыбнулся Матвей, тяжело поднимаясь на ноги.

Но, едва подняв голову, он неожиданно увидел перед собой сестричку, у которой спрашивал про собаку. Стоя в проходе, у шеста, поддерживавшего купол палатки, она с интересом наблюдала за ними. Сообразив, что её заметили, она мило улыбнулась и, склонив голову к плечу, сказала:

– Такое впечатление, что вы с ним разговариваете.

– Любой собачник разговаривает со своей собакой, - пожал плечами Матвей.

– Она ещё жива?
– спросила девушка, кивая в сторону койки.

– Больше того, она выживет, - улыбнулся Матвей.

– Кто вам сказал?
– растерялась девушка.

– Он, - ответил Матвей, кивая на Роя.

– Как это? Он понимает в ранах лучше врача?

– Думаю, да. Животные в таких вещах разбираются лучше людей.

– Вы так думаете?

– Я это знаю. Вспомните, собаки всегда начинают выть, когда их хозяин оказывается при смерти. Они чувствуют смерть близких, а она, его родная сестра.

– Ну, может вы и правы, но мы не сможем держать её здесь долго.

– Почему?
– растерялся Матвей.

– В последнее время у нас очень много раненных животных.

– Понятно. Но, я думаю, её вам прикажут здесь оставить. А если нет, попросите сообщить проводнику Беркутову. Я её заберу к себе.

– Договорились, - с удивлением согласилась девушка. – А как вас зовут, проводник Беркутов?

– Матвей.

– А я Настя. Не беспокойтесь, если что, я сообщу вам, Матвей, - улыбнулась девушка, сверкнув очаровательными ямочками на щеках.

Кивнув, Матвей хлопнул себя по бедру, и направился к выходу. Добравшись до командирской палатки, Матвей заглянул во внутрь и, убедившись, что генерал не устраивает никому очередной разнос, громко спросил:

– Разрешите войти?

– Заходите, Матвей Иванович. Наш с вами разговор закончился ничем. Точнее, мы так и не успели договорить. Что вы там узнали?