В сам дом Лукас меня не пригласил. Сказал, что там царит настоящая разруха. Я не настаивала, хотя, что скрывать, мне было очень любопытно, как выглядит мастерская изнутри. Неуемное воображение нарисовало мне множество завлекательных картин. Наверное, на рабочем столе у Лукаса рассыпана целая пригоршня драгоценных камней, каждый из которых ждет того сокровенного мига, когда вокруг распустится цветок чар, сплетаясь в единое целое, концентрируя и преумножая силу созданного амулета.

Анна продолжала вести себя как самая обыкновенная девочка одиннадцати лет. Долгие осенние вечера после традиционного куска яблочного пирога с корицей, испеченного Гердой, и кружки горячего какао она проводила вместе со мной и Лукасом в гостиной. Пока мы негромко переговаривались, обсуждая события прошедшего дня или же делясь воспоминаниями, Анна сидела около камина и неотрывно глядела в огонь. Иногда читала, и тогда я украдкой поглядывала на обложку ее книги, опасаясь увидеть знакомый шипастый переплет тома из обширной коллекции Элизы Этвуд. Кстати, Анна так и не объяснила толком, каким образом покойная прабабушка разрешила ей пользоваться библиотекой. Ведь в жилах сестры не текло крови рода Этвуд, но это не помешало ей преодолеть защиту, установленную на книги по экзорцизму. Однако в столице я ни разу не заставала Анну за чтением чего-нибудь неподходящего. Она интересовалась сборниками стихов, два или три вечера просидела в задумчивости над толстенным томом, посвященным запутанной генеалогии королевского рода. Ее тоненький пальчик медленно скользил по многочисленным ветвям древа, изображенного на развороте, а губы беззвучно шевелились, повторяя имена предков и далеких родственников нашего короля Альберта Первого. Странное развлечение для маленькой девочки, но я уже давно перестала удивляться поведению сестры. Пусть. Главное, чтобы вновь не начала свои опасные игры с демонами.

Спустя неделю такой спокойной и безмятежной жизни я невольно заволновалась. Дуглас Паттерсон обещал навестить нас сразу после переезда в Арилью, но словно забыл об этом. Что скрывать, мне было очень любопытно, кого же из магов заинтересовали способности Анны, поскольку я не сомневалась, что экзорцист в имении рода Мюррей представлял интересы какого-то третьего лица. А еще я никак не понимала поведения Лукаса. Он так радовался, когда узнал о моем желании покинуть Аерни и переехать в столицу, что невольно дал мне надежду на развитие наших отношений. Да что там лукавить, в глубине души я была уверена, что сразу после переезда получу предложение руки и сердца. Иначе к чему были многочисленные намеки со стороны Анны и Дугласа о том, что я – его любимая девушка? И мысленно я уже прикидывала, каким должен быть мой свадебный наряд и стоит ли устраивать пышное празднество, или же оно неуместно, учитывая то обстоятельство, что для Лукаса этот брак будет не первым, а для моей семьи этот год оказался чрезвычайно щедрым на всевозможные несчастья.

Каждое утро я просыпалась в радостном нетерпении – сегодня, это произойдет именно сегодня! И каждый вечер, простившись с Лукасом, испытывала чувство глубочайшего недоумения и некой затаенной обиды. Интересно, чего он ждет? Романтического удобного момента? Или же я обманываю себя и на самом деле Лукас относится ко мне лишь как к доброй знакомой, с которой связывают множество приключений, но не более?

Порой я готова была первой вызвать его на откровенный разговор и потребовать объяснений. Но меня останавливала мысль, что порядочные девушки из приличных семейств так не поступают. Еще, чего доброго, подумает, что я навязываюсь. И без того я должна быть благодарна Лукасу за все, что он сделал для меня и моей семьи. Без его помощи на свет бы выплыла неприглядная правда о занятиях моей матери, а Вильгельм был бы вынужден предстать перед судом за убийства. Наверняка всплыла бы причина, по которой он пошел на сделку с Альтисом, а значит, я бы превратилась в настоящего изгоя. Нет, ни род Этвуд, ни род Мюррей не заслужили подобного позора. Оно и к лучшему, что наши многочисленные и зачастую страшные семейные тайны надежно сокрыты от посторонних глаз.

Погода между тем становилась все более и более прохладной. Наконец, однажды утром я проснулась не под шум привычного дождливого осеннего ненастья. За окнами шел первый настоящий снег. Не та ледяная крупа, которая порой сыпала с неба вперемешку с водой, а крупные белые хлопья величаво кружили в воздухе.

Почему-то мне показалось это хорошим знаком. В пансионе первый снег означал близость каникул, а значит – скорую встречу с близкими и родными, подарки и радостную суматоху большого праздника. Я невольно улыбнулась, нежась в постели и наблюдая за неторопливым танцем снежинок за окном. Да, я уже давно не маленькая девочка, живущая ожиданием чуда, но все равно на душе потеплело. Я не сомневалась, что этот день принесет с собой множество новостей, и надеялась, что они окажутся хорошими.

Не только я обрадовалась перемене погоды. Остальные мои домочадцы тоже были непривычно оживленными. За завтраком Герда побаловала нас свежеиспеченными блинчиками с малиновым вареньем, а из кухни доносились волнующие запахи специй, показывающих, что на обед нас ждет еще один вкусный сюрприз. Даже Анна порадовала меня улыбкой. А когда я выходила из-за стола, вдруг подбежала и неловко обняла меня, после чего, смутившись от своего порыва, умчалась в гостиную.

Последовала за ней и я, недоумевая, что это нашло на обычно сдержанную в эмоциях сестру. Анна уже удобно устроилась на пушистом ковре около камина, сосредоточенно листая очередную книжку. Я привычно бросила взгляд через ее плечо. Хм-м… Опять что-то по истории королевского рода. Странно, почему Анну вдруг так заинтересовала эта тема? Неужели начала грезить принцем на белом коне, вот и выискивает подходящую кандидатуру? А что, возраст у нее вполне подходит для первой влюбленности. Но, видит Бригида, не позавидую я ее избраннику. Тяжело ему придется.

– А вот и гости, – вдруг проговорила Анна, оторвавшись от книги и кинув взгляд в сторону прихожей.

Тотчас же тишину дома прорезал звон дверного колокольчика. Я, за мгновение до того опустившаяся в кресло, вздохнула и отправилась открывать. Не буду отвлекать Герду от блюда, над которым она колдует.

На пороге стоял Дуглас. Не спрашивая разрешения войти, он легко отстранил меня с пути и шагнул в прихожую. За ним ворвался ветер, несущий целый вихрь снежинок, поэтому я поторопилась захлопнуть дверь.

– Добрый день, найна, – глухо поздоровался экзорцист и принялся неторопливо разматывать шарф, который укрывал его лицо почти до самых глаз. – Как устроились на новом месте?

– Неплохо, – отозвалась я. Помолчала немного и осторожно добавила: – Не думала, что вашего визита придется так долго ждать.

– Честно говоря, я тоже планировал забежать к вам сразу, как вы приедете в Арилью. – Дуглас пожал плечами, закончив с шарфом и расстегивая пуговицы на длинном зимнем пальто. – Но, как говорится, расскажи о своих планах – и над тобой посмеются боги. Появились неотложные дела.

Я испуганно ахнула. Все это время, раздеваясь, Дуглас держался так, чтобы на него не падал свет магического шара, плавающего под потолком. Но в поисках вешалки ему пришлось сделать пару шагов в сторону – и я увидела лицо старика. Было такое чувство, будто он недавно вступил в схватку с дикими свирепыми животными. Глубокие царапины шли через обе щеки от висков к уголкам губ, каким-то чудом не затронув глаза. Кончик носа подозрительно распух и торчал немного вбок. На лбу красовалась недавняя ссадина.