– А это кто с тобой?
– спросил угрюмый тип со шрамом через все лицо. Похоже, шрам перекидывался ниже - на подбородок и шею.

– Это Райн. Он игрок.

– Тот самый...
– поморщился тип со шрамом. У меня создавалось ощущение, что он не очень хочет меня пропускать.
– Ладно, проходите. Надеюсь, ты знаешь, что делаешь.

– Знаю, - бросила ему девчонка.

– И это все прокопали вы?
– спросил я.

Шли уже минут десять, а туннель все не кончался. Да и впереди, несмотря на мое ночное зрение, просвета не видно.

– Только очистили, - сказала Эша.
– Чего мне только стоило пролезть через все эти завалы...
– она усмехнулась.
– Ни за что больше не повторю такого подвига.

– Ты лезла одна?

– Да. Знаешь, когда нашла те бумаги, что дала тебе прочитать, думала: это просто не может быть правдой. Ты видел координаты на обратной стороне?

– Да... правда, не понял, что это координаты.

– Я долго мучила Мастера, просила его найти соответствующую им точку. Ему пришлось здорово попотеть. Почти все базы данных прошлого утеряны. Мы и такие, как мы, по крохам собираем информацию, систематизируем ее, делаем доступной для всех на пустоши.

– И он все же нашел место с этими координатами?

– Как видишь. Я попросила его молчать, никому не сказала - и отправилась на поиски.

– Не обижайся, но не очень умно.

– А чего обижаться?
– отмахнулась Эша.
– Сама знаю, что дура, но больше боялась спугнуть надежду, чем дорогу. Да и не впервой мне было путешествовать. Правда, не так далеко. Я дважды проходила это место и ничего не видела. Все вокруг облазила, замерзла - жуть. Дело летом было, на холод не рассчитывала. Потом от воспаления легких отец лечил. Ругал, хвалил - и лечил. Но проход все же нашла. До сих пор не понимаю, как решилась лезть в него. Голова чумная была.

Она замолчала, точно снова вспоминала тот путь под землю.

Это насколько же надо верить в существование машины, чтобы в одиночку, без снаряжения и одежды сунуться в темную дыру в земле? Я бы не сунулся.

– Когда выбралась обратно, на поверхность, не чувствовала ни рук, ни ног. Но была счастлива.

– Надеюсь, нам удастся оживить эту груду металла. Или из чего там построена машина?

– Надеюсь...

Наконец спуск подошел к концу. Мы оказались в просторном зале, освещенном несколькими факелами. Здесь было немного теплее, чем в туннеле и на поверхности, пахло жильем.

– Здесь мы и живем, - сказала Эша.
– Оставь квадроцикл, потом найдем ему место. Идем, покажу главное.

Мы миновали зал. Пол здесь был застелен сухой соломой, но под ней легко различить следы напольной плитки. Потолок образовывали бетонные плиты с укрепленными на них остатками коммуникаций. Вообще возникало ощущение устойчивой и прочной конструкции, рассчитанной на серьезное воздействие извне. Тут имелись двухъярусные кровати, поленница, несколько кострищ, а также загоны для лошадей и место для инструмента и припасов.

Из-за пазухи показался нос Барсика.

– Оттаял?
– Я легонько щелкнул его по этому самому носу. Изгнанник фыркнул и снова спрятался.

Мы миновали зал, затем коридор.

– Внизу завалов почти не было, - сказала Эша.
– Только трупы.

– Людей?

– Да. Вообще, мне кажется, что входной туннель завалили именно они.

– Но зачем?

– Возможно, не хотели пускать внутрь тех, кто туда рвался. Помнишь записку? Их атаковали.

– Значит, машину так и не запустили?

– Не уверена. Аномалии не появляются с пустого места. Возможно, необычный холод - результат запуска.

– Неудачного, - я не спрашивал - констатировал факт.

– Да.

– Где сейчас их тела?

– Мы похоронили их возле машины. Пол там не везде закрыт плитами. Нам показалось, что так будет правильно.

Отрывистые крики, звуки глухих ударов и скрежета я услышал еще до того, как кончился коридор. На шум сражения не похоже, но на всякий случай положил руку на эфес огненного меча, затем придержал Эшу.

– Подожди, я первый пойду.

Девчонка лишь плечами пожала, но спорить не стала.

Коридор вывел в пещеру. Природную или нет - теперь и не скажешь. Стены укреплены подобием металлической сетки, только из очень и очень толстой проволоки. Толщиной примерно в человека. Причем все, на что падает глаз, буквально испещрено неизвестными мне символами. Причем они не нарисованы, а вытравлены в металле.

Мы стояли на площадке, в обе стороны от которой расходились металлические лестницы. Они крепились к стенам и расходились широкими дугами, ветвились. Пара лестниц уходила вниз, к кубической конструкции, две сходились к центру пещеры, образуя подобие моста, еще несколько заканчивались такими же площадками, как и наша.