Подобрав уник, шаркающей походкой разваливающегося на ходу зомби побрел к выходу. Душу разъедала угрюмая злость. Первым делом надо найти и придушить Ушастого – наверняка станет легче, хотя бы морально. Без инъекции как без воздуха – мышцы словно желе. Ну, не придушить, так хоть морду поцарапать, на большее сил все равно не хватит. Я до сих пор не в курсе, какого здесь уровня обслуживающий персонал.

Пока тащился вдоль саркофагов, громкоговоритель так и не вякнул, но это даже к лучшему – уши, как и глаза на свет, болезненно реагировали на громкие звуки. Комната инструктажа встретила приглушенным дежурным освещением. Морщась от головной боли, я уставился угрюмым взглядом на стол с плавающим над поверхностью голографическим монитором. Какие-то непонятные закорючки на экране. Кресло смотрителя пустовало. Совсем забил на службу?

– Справа, – донесся знакомый голос.

Я повернулся. В стене за рядом кресел протаял новый дверной проем. Вздохнув, я проковылял в открывшееся помещение. Свет все еще заставлял щуриться, толком не рассмотреть… Но понятно, что все помещение занято разнообразным оборудованием. Столы со всякой всячиной, шкафчики с тикающими таймерами, окна дисплеев с бегущими логами о текущих процессах, реторты, колбы и змеевики. В нескольких стеклянных шкафах – целые батареи двухлитровых банок с прозрачным красноватым содержимым – настойка здоровья. На разлив. Да, помню, Дар говорил, что Ушастый – травник и алхимик. А это, ясное дело, его рабочее место.

Хозяин лаборатории обнаружился в дальнем правом углу – за столярным столом, заваленным всевозможной всячиной – какие-то баночки с неизвестным порошком, пилочки, ершики. Когда я возник на пороге, Ушастый отложил кусок минерала, из которого что-то вытачивал миниатюрным стальным резаком, и окинул меня надменным взглядом. Я не сразу сообразил, что он изготовлял чашу для курительной трубки, и разглядел рядом на столе кучку уже готовых запчастей, из которых эти трубки собираются. О как, действительно ручная работа. Ну, когда куча времени и совершенно нечем заняться… А если без ерничанья – то вызывает уважение, как и любое мастерство.

Я покосился на ник смотрителя:

Ушастый, смотритель Репликатора.

И все. Ни слова об уровне, расе… Одним словом – админ. Элита. Белая кость и голубая кровь. Поневоле задумаешься – а как вообще люди попадают в администраторы этой странной игры? Может, я бы тоже не отказался… Одет явно поприличнее меня – рубашка и штаны из мягкой добротной ткани стального цвета, на пальцах перстни, не поддающиеся идентификации, на шее на серебристой цепочке – амулет из зеленого хризолита с темным зрачком внутри – форменный птичий глаз. Хорошая, наверное, цацка.

– Чего желаешь?

Барственно-холодный тон и взгляд, красноречиво говорящий «шляются тут всякие», меня ничуть не смутили. Я и раньше не особо снисходил до условных приличий, а сейчас, когда башка раскалывалась, и вовсе было на них наплевать. Обнаружив возле стенки стул, с облегчением опустил на него бренное тело, не собираясь дожидаться особого приглашения – все равно не дождусь. Еще по первому знакомству понял, что Ушастый из тех, кто заметит любую соринку в чужом глазу, но не заметит бревна в собственном. Поэтому правила гостеприимства он трактует только в свою пользу.

– Мне… – пришлось прокашляться, прежде чем продолжить. Не горло, а сплошной песок. – Мне витаминчик твой не помешает.

– Бесплатно только первый раз, друг мой ситный. Если жаждешь инъекцию прямо сейчас – плати пять кридов.

– Пять чего?

– Кристаллов душ.

Сказал и смотрит так покровительственно, с потаенным интересом. Интересно, чего он ждет? Что я встану на колени и начну униженно биться лбом о половицы, лишь бы получить подачку?

– Ты же понимаешь, что я только что из саркофага? – говорю на удивление спокойно. Это все голова виновата – начну орать, самому же хуже станет. – И отлично знаешь, что у меня карманы пустые?

– Ну, так сбегай в свой номер в гостинице. – Ушастый растянул губы в издевательской улыбочке, сложил руки домиком и утвердил на кулаки подбородок – словно приготовился смотреть представление. – Погоди, дай-ка догадаюсь… Ах да, ты же здесь всего вторые сутки. Столько забот, что забыл подстраховаться? Не сообразил, что если шлепнут, то все потеряешь? А ведь номера в гостинице для этого вам и выделяют – чтобы запасы хранить, так нет же, носятся по лесам как оглашенные…

– А одолжить? – Я все еще само самообладание, хотя придушить его хочется все сильнее. Удерживает только уверенность в том, что ничего не выйдет. Дар ведь говорил, что господин Эско – вне уровней. Скорее всего, и смотрители тоже. Чтобы даже у самых отпетых отморозков соблазна не возникало пустить их под нож на опыт. А мне в отморозки записываться рановато. Не по мне шапка.

– Ты уже и так должен, любезный, – снисходительно пояснил Ушастый. – За воскрешение – тоже пять. Я-то обязан вас, неудачников, реанимировать в любом случае, заплатили вы или нет, но долга никто не отменял. Так что держи стимул к самосовершенствованию: