— Ровно так же, как и вы, — парировала Сесилия.

— А ведь она права, — хладнокровно заметил Пирс. Сейчас он правил коляской и на мгновение повернулся к Элис через плечо. — Прости меня, любимая. Я могу только радоваться, что с вами не произошло ничего дурного.

— Ты что, извиняешься? — приглушенно переспросил его Оливер.

— Все в порядке, дорогой, или почти что так. — Смягчившись, Элис протянула руки к широкой спине мужа. — Думаю, что когда бедный солдат придет в себя, он еще долго будет жалеть, что привязался к нам. Спасибо тебе, ты настоящий защитник.

Сесилия выжидательно посмотрела на Оливера снизу вверх и сомкнула ресницы.

— Не могу согласиться, — проворчал Оливер. — Когда мы вернемся в Белмонт, будешь сидеть дома, не покидая земель замка. Черта с два — не покидая даже спальни! По крайней мере до тех пор, пока не родишь.

Открыв глаза, Сесилия многозначительно посмотрела на сестру, ища поддержки.

— Уж коли мы находимся в пригороде Лондона, может быть, все же следует обсудить, что делать с Сибиллой? — заговорила Элис. — Вы же наверняка что-то разузнали в Фолстоу? Ее в самом деле увезли из замка, окруженную толпой королевских солдат?

Оливер был еще слишком надут, чтобы говорить, поэтому ответил Пирс:

— К сожалению, это действительно так. Когда Грейвз проявил намерение ухаживать за ребенком лорда Гриффина, Сибилла добровольно покинула замок.

— А почему этим занялся Грейвз? — спросила Сесилия. — И где сам лорд Гриффин?

— Он тоже до сих пор под арестом, — пояснил Оливер. — По-видимому, он обвиняется в изменническом сговоре с Сибиллой против короны.

— Что за ерунда? — Элис открыла рот в неподдельном изумлении.

— Грейвз просто намекнул, что нежные чувства вашей сестры и лорда Гриффина были взаимны.

— Ничего не понимаю, — сказала Элис. — Почему же тогда Сибилла, по вашим словам, охотно отправилась к королю, прекрасно зная, что ее ожидает судебное разбирательство и, возможно, смертный приговор?

— Потому что она намерена сделать то, что умеет делать лучше всего, — задумчиво кивнула головой Сесилия. — Она умеет защищать. Ничуть не сомневаюсь, она добьется, чтобы Джулиана Гриффина признали невиновным. Поэтому ребенок и остался в замке. У Сибиллы есть все основания полагать, что Джулиан Гриффин вернется в Фолстоу к дочери и предъявит законные требования на замок. — Она посмотрела на мужа. — Я права, не так ли?

На лице Оливера уже не осталось и следа былого гнева.

— Боюсь, дорогая, что права…

После того как Джулиана освободили из тюрьмы-кареты, уважение со стороны окружающих к нему немного возросло. Они находились перед черным ходом в королевский дворец, но Гриффин не обращал никакого внимания на такой оскорбительный факт. Сейчас его беспокоили мысли о другом. Ясно, что Сибилла находится внутри и скорее всего уже подверглась мерзкому допросу.

Что же она сказала королю?

Что теперь скажет королю он сам?

Королевские охранники, окружавшие Джулиана, провели его по извилистому подземному коридору. Он не мог понять, зачем потребовались столь серьезные меры предосторожности. Пока Сибилла была заперта где-то здесь, внутри, а Люси находилась вдалеке отсюда, в Фолстоу, побег был последней мыслью, которая могла бы прийти ему в голову. От его поведения именно сейчас зависели как минимум две жизни.

Коридор неожиданно закончился просторным залом, и когда сопровождающие расступились, он увидел перед собой мчащегося к нему, словно шквал с горизонта, нестареющего Эрика.

Один из охранников встал перед ним, но тот легко отпихнул его в сторону.

— Лорд Гриффин, к вашим услугам! — Эрик встал в выжидательной позе, грозно нахмурив брови, причем в его сверкающих глазах можно было прочесть одновременно и гнев, и растерянность.

— Ты ее видел, Эрик? — коротко спросил Джулиан.

Он так же коротко кивнул в ответ:

— Я встретил ее сразу при появлении здесь.

— С ней все хорошо?

— Не могу утверждать, — отозвался Эрик. — Это правда, что говорят про вас? — продолжил верный рыцарь, и на его лице отразилось глубочайшее разочарование.

— Где же она? — Джулиан был вынужден сделать еще шаг вперед, поскольку следующий позади него солдат продолжил движение, однако Эрик преградил дорогу. — Ей удалось встретиться с Эдуардом?

— Пока она взаперти, разумеется, — пояснил Эрик, не веря, что Джулиан может думать иначе. — Когда изменница появилась здесь, король был слишком занят.

— Как бы мне хотелось думать, — пробормотал Гриффин себе под нос, — что сейчас для короля нет ничего важнее Сибиллы. — И добавил громче, обращаясь к Эрику: — И не называй ее так!