Научиться пресмыкаться, клеветать и перемывать косточки, превратиться в бесхребетную тряпку, о которую ноги вытирают? Нет уж, увольте.

— У нее столько всего в работе, что тебе и не снилось. От тебя же я и половины из того не могу ожидать, — продолжала Вивиан, оглядывая меня с ног до головы взглядом, полным презрения и издевки. — Все, на что ты способна, — это тратить свое время на дурацкую рукопись Люка Мэйвиля, совсем как какая-то влюбленная школьница!

Эта мысль, только что пришедшая ей в голову, казалось, подлила масла в огонь, и тлеющий фитиль ее ярости вспыхнул и затрещал как сумасшедший.

— Кстати, надо бы сбросить за борт эту книгу, чтобы преподать тебе хороший урок! — выпучив глаза, закричала она. — Тратить столько времени на ерунду, которую когда-нибудь прочитает от силы человек пять? Это же абсурд! Даже я не могу заставить себя читать эту скучную тягомотину, хотя я, черт возьми, издатель!

Я судорожно сглотнула, меня охватила паника. Последнее время я постоянно испытывала страх, что — не дай бог — Вивиан разозлится на меня и отыграется на книге Люка. Но я не должна была позволить, чтобы это случилось!

— Пожалуйста, Вивиан, — взмолилась я, — я буду работать сутками без выходных над всеми остальными проектами. Простите меня, я… Я сделаю все, что вы считаете нужным.

В тот момент я выглядела довольно жалко, свою гордость и достоинство я засунула в задницу — ради того, чтобы книга Люка была опубликована.

Вивиан с видом победительницы откинулась на спинку своего кресла.

— Ты же знаешь, мне ничего не стоит законопатить эту его…

— Знаю, — кивнула я, комок застрял у меня в горле. — Просто скажите мне, чего вы хотите, и я все сделаю.

— О, конечно, скажу, — сказала Вивиан со сволочной улыбкой Чеширского кота. — На этот счет даже можешь не волноваться.

— Ну и… Клэр? Рассказывай? — вопила Би мне в ухо, когда я наконец перезвонила на ее пятый звонок. — Я умираю от любопытства! Мне нужно знать все подробности! Никак не могу поверить, что он возил тебя в Париж! Сплошная романтика! — Казалось, моя подруга буквально выпрыгивала из телефонной трубки. — Я хочу сказать, что ты сама-то хоть веришь, что наяву, а не во сне, собираешься замуж за Рэндалла Кокса? Ты только вспомни, как мы мечтали с тобой об этом, лежа на моем стареньком диванчике!

Едва подруга произнесла эти слова, как в памяти все всплыло настолько ярко, будто и не было этих десяти лет. Мы с Би обычно часами лежали без сна, разглядывая водяные разводы и трещины на ее потолке, и фантазировали, какой будет каждая минута моей воображаемой жизни с Рэндаллом. Начиная с нашей свадьбы в тесном кругу родственников и близких друзей в саду моих родителей, прямо под их любимой яблоней, посаженной ими в первый же день, когда они переехали в наш дом. В наших девичьих мечтах мы с Рэндаллом написали свои собственные трогательные и красивые клятвы, после произнесения которых глаза всех присутствующих наполнились слезами умиления. В руках невеста держала букет ландышей, выращенных мамой. Скромненько, но со вкусом… Никаких бриллиантов, огромных букетов роз, кадиллаков, собственных самолетов в тех мечтах вовсе не наблюдалось.

Сейчас я пыталась представить, как мы с Рэндаллом зачитываем клятвы собственного сочинения. Теперь это было бы, наверное, смешно, по-детски неуклюже. Рэндалл скорее предпочтет что-нибудь более традиционное и менее романтичное.

— Ну, и когда мы увидимся? — поинтересовалась Би. — Как насчет «прямо сейчас»?

Я с опаской посмотрела на забитый до отказа ящик стола, из которого зловеще выпирали файлы. Стол и полки выглядели не лучше. Страшно было подумать, что мне предстояло сделать за неделю, а угроза Вивиан «законопатить» книгу Люка лишь усугубляла ситуацию. Но мне отчаянно хотелось повидаться с Би. И с Марой, которая была так мила, когда мы позвонили ей из Парижа. Мы с ней запланировали сходить вместе на ланч. Я надеялась, что встреча с подругами заставит меня начать воспринимать свою помолвку как нечто реальное.

— Как насчет сегодняшнего вечера? Зайти после работы?

— Конечно!

— А Рэндалл тоже придет?

У Рэндалла этим утром земля горела под ногами, и я знала, что он проработает всю ночь.

— У него много работы. — Я не стала вдаваться в подробности. — Он не сможет отлучиться. Боюсь, придется ограничиться только мною.

— Ты — это все, в ком мы нуждаемся! Я попрошу Гарри зайти в чайнатаун по дороге домой. Будем есть суши…

В дверь постучали. Я сказала Би, что буду около девяти.

— Клэр Труман? — Крупная женщина в костюме бледно-розового цвета просунула голову в дверь моей каморки. Ее пшеничные волосы рассыпались густыми прядями по плечам. В руках она держала четыре огромные розовые папки, набитые до отказа.

— Да, я Клэр, — ответила я.

Плоское лицо женщины прояснилось.

— Клэр! Ох, прекрасно! Вы восхитительны! Это будет настоящий праздник!

— Простите, мы с вами встречались? — Может, эта женщина — наш потенциальный автор, а я забыла, что назначила ей встречу?