— Народ! — Она свирепо оглядела присутствовавших и откинула свои мелированные волосы за плечи с такой силой, что можно было реально услышать, как они со свистом рассекли воздух. Некоторые из редакторов нервно заулыбались и задергались на своих стульях. Воцарилась тишина. Громко тикали стенные часы. Приход Вивиан мгновенно парализовал всех.

Наконец к Дон вернулось самообладание.

— Привет, Вивиан! — Она нарушила тишину своим возгласом. — У нас на сегодня много вопросов.

Если бы вы наблюдали эту сцену в немом кино, а затем вас бы попросили предположить, что произнесла Дон, опираясь в своем предположении только на мимику Вивиан, вы наверняка бы решили, будто она бросила какое-то резкое оскорбительное замечание в лицо шефа. Вивиан ничего не ответила, но ее лицо исказила такая жуткая гримаса, словно она унюхала запах тухлого мяса.

И снова — напряженная тишина. Дон уставилась в свой блокнот.

— Как вы, вероятно, слышали, — наконец заговорила Вивиан, медленно и тщательно пережевывая каждое слово, прежде чем выплюнуть его в нас, — материнская компания настаивает, чтобы я дала помощникам прибавку. Я битый час проговорила по телефону с кадрами, пытаясь понять, почему, мать их… я должна выплачивать более высокое жалованье из моего редакционного бюджета, когда они, а отнюдь не я, лебезили перед этими треклятыми профсоюзниками в прошлом году. — Ее гнев нарастал. — Но, очевидно, они хотят потащить меня вниз вместе с собой! Как обычно! Эта компания, будь она проклята, всю кровь из меня высасывает! Впрочем, как ни крути, вы все же получите дополнительную сотню долларов в месяц. Оправдайте это. — Все собравшиеся за столом привычно опустили глаза, не желая встречаться с ней взглядом. — Ну?! — требовательно взвизгнула Вивиан. — И что же вы поведаете мне об этой неделе? Расскажите о том, чем вы занимаетесь. Пойдем по кругу.

То, что случилось потом, меня здорово подкосило. Я была потрясена тем, как хорошо образованные люди, настоящие профессионалы, будто нерадивые школьники на уроке, по очереди отчитывались, запинаясь и подглядывая в свои записи, но по-прежнему не поднимали головы. Создавалось впечатление, будто все сотрудники сдулись, как воздушные шарики, и поникли, внезапно ослабев под пристальным, испытующим взглядом Вивиан.

Лишь одна женщина, ошеломляющая блондинка с четко очерченным античным носом, в элегантно сшитом черном костюме, сохраняла полнейшее самообладание и профессионализм, представляя свои данные шефине. Она была ходячим воплощением «держите себя в руках, господа, и вы выбьетесь в лидеры» — от заостренных мысков ее дорогих туфель на низком каблуке до лепесткововидного розового маникюра. Возможно, чуть постарше меня, но не намного. Я не встречалась с ней ни во время нашей с Дон экскурсии, ни в последующие дни, но понадеялась, что она смогла бы стать моей союзницей.

— И, наконец, Вивиан, мне удалось убедить автора, что оплата услуг литературного негра, фотографа и агента по рекламе должна производиться из полученного им аванса, несмотря на тот факт, что мы предварительно согласились оплачивать все эти расходы, — сказала в заключение эта женщина, явно довольная собой.

— Разумеется, Лулу, — согласно кивнула Вивиан и перевела свой взгляд на меня.

— Клэр! — зажурчала она, сменив враждебный тон на мягкий, воркующий. — Все уже познакомились с Клэр?

Головы резко дернулись, как поплавки на воде, но глаз никто не поднял.

— Привет всем, — оживилась я. — Очень взволнованна…

— Ой, Вивиан, я забыла упомянуть. «Юниверсал» проявляет серьезный интерес к приобретению прав на экранизацию романа «Стриптизерша носит Пастис», — прервала меня Лулу.

— Расскажешь мне об этом позже, — словно щелкнув пальцами, резко оборвала ее Вивиан. — Разве ты не заметила, что сейчас говорит Клэр?

Я вкратце быстро перечислила несколько проектов, к которым уже приступила, плюс две книги, которые хотела постараться заполучить как можно скорее, а Вивиан так лучезарно улыбалась мне, словно мне только что удалось расщепить атом.

— Виват, Клэр! — одобрительно воскликнула она. — Надеюсь, все, сидящие за этим столом, чему-нибудь научатся на твоем примере. Всего несколько дней, как Клэр работает здесь, а уже выносит на обсуждение замечательные книги! Это — то, что я ожидаю от каждого своего сотрудника… только встал и пошел!

И с этими словами Вивиан «встала и пошла», подскочив, как подхлестнутая, со своего кресла и стремительно выскользнула из зала заседаний. Собрание с ее уходом не завершилось, и по выражению лица Дон я могла заключить, что ей было необходимо кое-что утрясти с самой Вивиан. Однако никто не сдвинулся ни на дюйм.

Когда Вивиан исчезла из виду, Лулу впилась в меня взглядом:

— Пользуйся, пока можешь, Клэр, — презрительно усмехнулась она.

В ее голосе я уловила ядовитые нотки и невольно едва слышно вздохнула. Никто, казалось, не заметил слов Лулу. Остальная часть «Грант Букс» просто прошаркала на выход из зала заседаний, даже не взглянув в мою сторону.

— Ну, как ты, малышка? — Фил Стерн просунул голову в дверь моего кабинета. Ему было, вероятно, лет на пять-шесть больше, чем мне, но мешки под глазами заметно его старили, а густая копна его волос уже подернулась сединой.

— Я в порядке, спасибо, — нерешительно сказала я. Я все еще немного переживала по поводу неожиданного выпада Лулу в свой адрес на редакционном собрании, но меньше всего на свете мне бы хотелось подливать масла в огонь или накалять и без того напряженную обстановку в стенах редакции разговорами на эту тему.

— Только не волнуйся из-за Лулу, договорились!? — сказал Фил, шлепаясь на стул подле моего стола. — Какое-то время она была любимицей Вивиан. Это стало офисным кредо, одним из блестящих организаторских методов Вивиан — периодически перетасовывать сотрудников, чтобы дать нам ложное ощущение продвижения по службе и понижения в должности. Как бы там ни было, Лулу побеждена с незначительным преимуществом. Но она еще оправится. Она до нелепого конкурентоспособна — всегда и во всем.