"Да я вроде и не был тут ни разу" - подумал Гарри и перестал вслушиваться в речь молодого эльфенка, принявшегося изливать свое счастье повторяющимися фразами. Осмотревшись в холле, владелец с удовольствием отметил, что дом нисколько не похож на жилище волшебника, а обстановка больше напоминает убранство в халупе Дурслей, только без электроприборов да и почище в разы.

– Будет тебе слезы лить, лучше расскажи о себе и про дом, - попросил Поттер, отрывая от себя всхлипывающего домового, и присел на диванчике в ожидании повествования.

Пильси, в отличие от Кикимера, не бубнил под нос ругательства и сторонние фразы через каждое слово, а потому вся его история уложилась буквально в десять минут. Родился он тридцать с лишним лет назад, его родители погибли в Годриковой впадине вместе с Поттерами. Этому загородному дому, построенному одним из предков мальчика, уже лет двести, и он, не считая разрушенного особняка, последнее владение древней семьи. Хотя еще в прошлом столетии за ними числилось около двух десятков различных построек, раскиданных по всей Европе.

– И никто не пытался проникнуть в дом за последние двенадцать лет?
– ради интереса спросил мальчик.

– Нет, молодой господин, никто, - уверенно ответил малыш.

– Тут есть что-нибудь опасное?
– Гарри продолжил расспросы.
– Расскажи о своем хозяйстве поподробнее, Пильси.

– Ничего опасного, хозяин. В доме есть кухня, гостиная, обеденный зал, три спальных комнаты и подвал. Сад огорожен охранными заклинаниями, на забор накинуты морочащие чары, в фундамент встроена дополнительная защита, на кухне имеются...

– Все ясно, спасибо тебе, - оборвал его Поттер.
– В общем можно вселяться?

– Разумеется, господин. Пильси будет рад, если школьные каникулы вы проведете тут.

– А ты откуда знаешь, что я на каникулах?
– удивился мальчик.

– Вы не могли не поступить в Хогвартс, хозяин. Пильси вел счет времени, с того момента как узнал, что сын Поттеров выжил.

– Молодец, Пильси, тогда я отправлюсь в Лондон за своей подругой, и мы вместе вернемся где-то через часок другой, - Гарри направился к выходу, но в дверях обернулся и осведомился, - тебе разве не нужны деньги на продукты?

– Не волнуйтесь, господин, Пильси сообщит вам, если они понадобятся.

– Ах да, чуть не забыл - что нужно сделать, чтобы гостью пропустил охранный периметр?
– хлопнув себя по лбу, задал вопрос школьник.

– Просто проведите ее за руку.

Обратный путь в Лондон занял еще меньше времени, но, когда он вышел из камина в "Котле", вся его радость испарилась, едва мальчик увидел знакомую шляпу с перьями. Старушка Августа стояла к нему спиной и о чем-то разговаривала с барменом Томом, рядом в пол-оборота переминался Невилл. Гарри ощутил себя так, как будто на него выплеснули ведро ледяной воды. Паранойя взвыла во весь голос, призывая немедленно убраться с поля зрения этих особ. Гарри шмыгнул под стол, чувствуя, что его интуиция и в этот раз не ошиблась - Лонгботтомы вновь явились по его душу.

– Вот обязательно им нужно было все испоганить... такое настроение испортили. Эх, этот пьянящий аромат свободы и запах моря... но припершиеся нежданно-негаданно "фанаты" никак не вписываются в эту картинку, - пробормотал себе под нос Поттер, доставая мантию-невидимку.

"Хорошо, что я не отдал ее "Гермионе". Чертовка чуть не раскрутила меня: "Да знаю, Гарри, ты не хочешь отдавать семейную реликвию, но не думаю, что она понадобится тебе в школе, разве что прятаться от поклонниц или подглядывать за девочками!" Тьфу!" - мальчик мысленно передразнил свою напарницу, начиная медленно пробираться к лестнице, ведущей на второй этаж, к номерам. "А у брюнеточки, оказалось, своя накидочка имеется пусть и "фабричного" розлива, а он еще хотел ей купить... А, черт!!!" - он был вынужден замереть и прервать ругательством мысль о покупке мантии для метаморфа - Том махнул рукой в сторону лестницы, и Невилл отправился в сторону Гарри. Равенкловец, пропустив его вперед, торопливо проследовал за ним, стараясь попадать в такт его шагам - ступеньки были весьма скрипучими. Поглядывая во время подъема на бабулю, Поттер заметил, как она передает Тому какой-то мешочек. "Неплохо, он наварился на мне: и старушка пожертвовала, и за комнаты на неделю вперед оплачено..." - пронеслось у него в голове под конец лестницы.

"И все-таки - что нужно от него этим Лонгботтомам?" - гадал мальчик, наблюдая как Невилл стучит в дверь его номера. "Деньги, наверное, отпадают, скорее что-то связанное с Блэками. Но совсем отбрасывать версию с золотом, думаю, не стоит. О, боги, ну, что за идиот?! Сколько можно стучать в эту чертову дверь?! Неужели не ясно, что, если никто не отозвался сразу, то и через пять минут ему не ответят!" - Гарри разозлился на задержку и внезапно заметил, что ругать гриффиндорца гораздо интереснее, чем тратить время на пустые гадания.

До Невилла все же дошла вся бессмысленность его действий, и он направился к соседней комнате. Вообще странно, что внучок додумался не подавать голос - будь Гарри там, он бы ему не то что не открыл, даже не откликнулся бы, услышав Лонгботтома. Школьник из Гриффиндора хотел было постучать в дверь Гермионы, но, остановив руку на замахе, полез за пазуху и вытащил оттуда палочку. Развернувшись к коридору, Невилл сделал рукой замысловатый жест и тихо прошептал: "Обливиэйт". Если бы Гарри не стоял в двух шагах от колдующего мальчика, то он бы ничего и не расслышал. Однако результат был явно не удовлетворительным - гриффиндорец досадливо поморщился и, витиевато выругавшись, повторил свои действия несколько раз, пока из палочки не вырвалось розоватое облачко.