– Это ты прости меня, - мягко произнес Гарри, прерывая ее затянувшееся объяснение, и улыбнулся.

– За что?
– смолкла озадаченная таким поворотом Грейнджер.

– Потом объясню, а сейчас, может, обсудим, что тебе так не понравилось в привязке мозгошмыгов к волосам?
– преувеличенно бодро предложил мальчик.
– Ты просто еще не видела семейку Уизли!

На последних словах Полумна, которая, было, снова начала разглядывать проплывающий за окном пейзаж, встрепенулась и бросила быстрый взгляд на Поттера. Равенкловец, у которого поутихло воодушевление от встречи с кумиром, сразу заметил несвойственное ей оживление и обратился к Лавгуд.

– А ты тоже знакома с ними? Они, как и еще несколько человек, идеально вписываются в твою теорию! А некоторые люди попадают под эту категорию в виде исключения, что, впрочем, как известно, лишь подтверждает правило, - Гарри даже сам зажегся от своей речи.

– Да, в некотором роде знакома: это мои соседи, - чуть скривив губы, ответила она.

– О, ясно, так вот откуда ты черпаешь свое вдохновение.
– Мальчик понимающе покивал головой.
– А вообще - сочувствую, эта как раз те соседи, которых можно пожелать лишь врагу.

– Что настолько все плохо?
– поинтересовалась Гермиона, внимательно вслушивающаяся в разговор.
– Ты рассказывал мне про них, но я думала, ты несколько преувеличиваешь...

"Как можно не знать о тех, с кем провел бок о бок целый год?! Точнее как раз таки и можно, но зачем об этом сообщать окружающим?" - выдержка подвела мальчика, и лицо Гарри страдальчески скривилось. Ему оставалось надеяться, что гримасу отнесут на счет Уизли. За место погрузившегося в свои мысли Гарри, ответила Полумна.

– Да, когда гуляешь по двору, постоянно приходится быть начеку: из-за любого куста может вылететь проклятье или чего похуже, - ответила она спокойно, словно это на кого-то другого делают засады в ее собственном доме.

– А что может быть хуже?
– продолжила любопытничать Грейнджер.

– Да Уизли-младший только и знает что Фурункулюс!
– одновременно с ней сказал школьник.

– Зато у его сестры прекрасно получается проклятье "Летучемышиного сглаза", а еще есть обычные камни...

– ЧТО?!
– в купе снова раздался выкрик души потрясенного школьника.
– Да я...

Его перебила, точнее не перебила, а просто продолжила свой рассказ Полумна:

– ...но они в меня не попадают. Не хочу хвастаться, но зачастую им достается больше, хотя, это мне и не доставляет удовольствия.

– Теперь понятно твое желание выколоть мне глаз своей палочкой, - пробормотал немного успокоившийся мальчик.
– Кстати, что за палочка?

– Подарок мамы, и учила меня тоже она...
– девочка отвернулась к окну.

– Извини, - он, как фанат, знал о ее матери, погибшей пару лет назад.

Она ничего не ответила, и разговор на этом закончился, каждый задумался о чем-то своем. Даже Гермиона составила компанию блондинке по разглядыванию вересковых пустошей, а Гарри просто опустил голову к сложенным на столе рукам.

Вопреки традициям до самой школы их никто не побеспокоил, а тележка разносчицы была попросту проигнорирована. По очереди переодевшись в школьные мантии, они сидели в ожидании прибытия на платформу Хогсмида. Наконец это случилось, поезд остановился и они вышли. Вот только Гарри не обрадовался обстановке: серое небо, моросящий дождь и неспокойное озеро - все это, не считая шума от школьников и баса Хагрида, собирающего первоклассников, навевало уныние. Мальчик решительно придержал Полумну, дернувшуюся в сторону пристани.

– Пойдем с нами, доедем на карете. Нечего идти на поводу замшелой традиции и плавать по озеру в такую погоду, - предложил он и стал уговаривать, - в такой туман не разглядишь огни замка, так что и смысла нет мокнуть. Мы все равно приедем раньше первоклашек, а ты просто подождешь их.

Она кивнула, и ребята отправились искать свободный дилижанс.

– Красивые лошадки, - произнесла Лавгуд, едва они остановились у незанятого экипажа.

– Фестралы, - прокомментировал Поттер в ответ на вопросительный взгляд однокурсницы.
– Но я их не вижу, думаю, и ты, Гермиона, тоже.

Девочка с каштановыми волосами кивнула, а блондинка, пожав плечами, полезла в карету. И, едва вслед за ней забрались и остальные, как фестралы, словно почуяв, что люди больше никого не ждут, тронулись в путь.

Вход в главный зал. Полчаса спустя.

Когда все школьники стали заходить и рассаживаться за факультетские столы, то перед Гарри встала дилемма. Оставить Полумну одну перед входом было неловко: ведь это именно он позвал ее прокатиться в дилижансе, но и отпускать Гермиону не следовало: она тут, считай, в первый раз и многого не знает, и так ходит как пришибленная от здешних видов. Заводить первокурсницу вместе со всеми мальчик счел слишком эпатажным поступком. Вот и пришлось ему развлекать двух спутниц у входа, благо тему придумывать не потребовалось: продолжили поднятую еще в вагоне: "Мозгошмыги и цвет волос". По началу Гермиона лишь слушала неожиданно разгоревшуюся перепалку и вставляла короткие реплики: Гарри сыпал ворохом примеров и цитатами из газеты, а Полумна хладнокровно срезала все попытки исказить ее теорию. Идея Поттера заключалась в том, что "ген рыжести мог проявиться и в людях с другим цветом волос", а первокурсница напротив возражала, говоря, что "это не вписывается в ее концепцию". Тут вмешалась Гермиона и на полном серьезе вывела эмпирическую формулу зависимости пресловутого гена рыжести и количества мозгошмыгов, потребных для его сдерживания. В общем, развлекались, как могли, пока не пришел Снейп.