— …понимаешь, этот гад внушает им сделать то-то и то-то. Иногда безобидное, а иногда и сволочное, скажем так. Камень там в окно бросить или грабеж совершить — тупо так схватить с прилавка что-нибудь и бежать… Ну, и все в таком духе.

— А как это удалось выявить? — спросил Неман с подозрением.

— А вот такие там молодцы наши ребята, ФСБ-шники, я имею в виду. Я с ними давно в контакте, молодцы, ничего не скажешь. Грамотно работают! Обратили внимание на рост таких вот выходок: бессмысленное хулиганство, вандализм… Менты ушами прохлопали, а наши просекли. Стали работать — выяснилось, что все эти несчастные придурки проходили курс в реабилитационном центре, у одного психотерапевта… Так и установили поганца. Сработали ювелирно, скажем так!

Неман молчал, слушал и думал. Дело, конечно, необычное, однако ничего невероятного в нем нет. Вполне могло случиться и такое, ибо душа — потемки. Но зачем ликвидировать-то! — вот чего Неман понять не мог.

Так и высказал патрону:

— Ну, ладно. Могу допустить. Но если так, не лучше ли взять его на факте, потом прессануть да и завербовать? Интеллигентик же, чуть придавить — и треснет. И пусть послужит Родине!

Но шеф досадливо помотал головой. Нет, сказал он. Аналитики поработали всерьез, личность этого типа изучили вдоль и поперек. Негодяй конченый! Мараться о такого неохота. Сверхчеловеком себя считает: все дозволено, право имею!.. Раскольников хренов. Нет, таких надо отстреливать как бешеных зверей!

Неман промолчал, но не поверил. О всеядности спецслужб он знал не понаслышке, знал, что те будут работать хоть с маньяком, хоть с педофилом, хоть с чертом рогатым: отбросов нет, есть кадры… И он еще яснее понял, что шеф темнит. Недоговаривает. И понял, что ему ужасно не хочется ехать в этот едва знакомый город, лишать жизни незнакомого человека… может, он и в самом деле подлец, чья душа сгнила безнадежно — но шут с ним, пусть с этим разберется кто-то другой, только не я. Я устал от этого всего. Сил моих больше нет!

Конечно, он так не сказал. И даже бровью не повел. И заподозрить ничего невозможно было. Он только сделал привычное равнодушно-пустое выражение лица: ну, надо так надо. Сделаем, не вопрос.

И тут в нем вспыхнула такая мысль, что он чуть не вздрогнул.

Как просто! До обиды — что же раньше не додумался?!.. Но и тут ничего не отразилось на лице его — он умел владеть собой. Босс смотрел зорко, но и он не усмотрел никакого ненужного движения в облике подчиненного. Рабочее спокойствие, и только.

Неман указал взглядом на коньяк:

— Ладно, плесни еще. Условия?..

— Отлично, — Герман Маркович подхватил графин. — Выпьем! Условия? Условия обещаю чемпионские…

Шеф в самом деле расщедрился, и аванс выделил — это было в самый цвет. Но не главное. У Немана на нескольких банковских счетах лежало вполне достаточно денег в разной валюте. Стало быть…

Мысль, осенившая в кафе, разом согнала пустоту и глухоту последних месяцев. Мир вдруг вернулся, ожил — зашумел, задвигался, заговорил как прежде, да и сам Неман точно проснулся. Придя домой, он сел, сцепил руки в замок и прочно все продумал. Потом резко встал. Да! Все должно выйти. Должно.

Он решил исчезнуть. Для совершения акции ему выдадут безупречные документы, с ними он может пропасть из поля зрения на день-другой. А потом…

О потом и подумаем потом! Сутки-двое нормальный срок для того кто умеет рубить концы и отрываться. Если все сделать с умом, можно выскользнуть за пределы РФ, сперва куда-нибудь в СНГ, ну а потом и в дальние края… В Южную Америку! В Уругвай какой-нибудь. И гори оно все ясным пламенем!

Жизнь обрела цель и смысл. Неман постарался поотчетливее продумать план ухода. По согласованию он должен был, находясь в условленном месте, получать СМС-ки, координирующие его выход на цель: объект вела группа наблюдения, знавшая о Немане только номер его мобильника — разовый аппарат, приобретенный на чье-то левое имя. Неман решил дождаться сообщения, означающего «идти к месту акции»… но не идти туда, а пропасть из поля действий. Навсегда.

Как обычно, он прибыл, снял частную квартиру. Осмотрелся. Сменил квартиру. Отослал закодированное сообщение. Получил ответ. Операция вошла в решающую фазу.

Поздним утром следующего дня Неман отправился в огромный торговый центр, побродил там незамеченным. Зашел в «восточное» бистро, стал ждать, неторопливо завтракая… Наконец, поступило то самое сообщение.

Неман набросил куртку, пошел к выходу, стараясь сдерживать себя. Вот она, точка невозврата! Он ощутил это остро, кончиками нервов. Стало сухо во рту. Он сглотнул и чуть прибавил шаг.

Ну, вот так. Полчаса, и он на автовокзале, сядет в автобус, а там и ищите! Не найдете никогда.

Он подумал так со злорадством — и вдруг понял, что за ним следят.

Это было так внезапно, что он чуть не обернулся, в последний миг удержался. Шел не спеша, а мысли метались: что это? Что это значит?!.. Остановился у витрины, оценил ситуацию. Ничего подозрительного! Люди шли мимо него туда, сюда, никто из них не был похож на шпика…

И каждый из них может им быть.

Хуже всего — что это как оглушило, он не мог собраться, включить свое чутье, просчитать ситуацию. Он старался, не получалось. Но он умел владеть собой.