— Что делать будем? — спросил я.

Ужас какой: маленький смельчак все решения перекладывает на девушку… Молодец! Медаленосец! Третьей, джакч, степени…

— Молчать будем, — сказала она совсем тихо. — Внизу что-то случилось.

Я прислушался. На площадке перед зданием происходила какая-то возня — стуки, тихие вскрики, ругань…

— Что всё это значит? — послышалось прямо под нами. — Кто вы такой? Почему ваши люди…

Говорил штаб-майор.

Незнакомый низкий голос ответил ему:

— Потому что мои люди подготовлены лучше ваших лопухов. Я чрезвычайный уполномоченный Совета Отцов. Вот мои документы. Достаточно?

Заглянуть вниз я даже не пытался. Тем более что потянуло ветерком — значит, туман потихоньку рассеется…

— Я подчиняюсь только своему департаменту, — сказал дозер.

— Ваш департамент, — сказал незнакомец, — подвергся некоторой э-э… реорганизации. Сверху донизу. Ваш знаменитый шеф вкупе с бандой родственников-головорезов попытались совершить государственный переворот и были уничтожены. Все права вашей конторы временно переходят ко мне и моим подчинённым — до полного оздоровления разложившихся органов безопасности…

— С каких это пор Департамент науки…

— С некоторых, — сказал чужак. — Вы, надеюсь, составили рапорт о происшествии?

— Разумеется, — сказал Рашку. — Ознакомьтесь. Вот здесь посветлее…

— Спасибо. Я прекрасно вижу в темноте, — сказал чужак.

— Значит, доигрались, козолюбы… — задумчиво сказал дозер. — Я всегда говорил, что семейственность до добра не доведёт. Южные традиции — архаика…

— Пытаетесь сохранить своё место? — сказал чужак.

— Вовсе нет, — сказал Рашку. — Самый подходящий момент уйти на пенсию. Тем более в моём положении…

— Я в курсе, — сказал чужак. — Сочувствую, но…

— Так и так бы вычистили, — сказал Рашку. — Тенденция…

— Да я бы вычистил вас за один лишь рапорт, — сказал чужак. — Таким рапортом впору подтереться…

Ого, подумал я. Разговаривать подобным образом с господином штаб-майором мог только тот, кто намного хитрей и подлей его…

— Не нравится мне этот джакчеед, — прошептал я.

— Мне тоже, — ответила Рыба. — Я уже жалею…

— О чём?

— Тихо ты! — сказала Рыба. — Слушай!

— Особенно прекрасен героический гвардеец, — сказал чужак. — Якобы внедрённый вами в стан врага…

— Позвольте, — сказал дозер. — Господин…

— Господин советник, — сказал чужак. — Имя вам ни к чему.

— Почему вы подвергаете сомнению… — начал дозер.

— Живу долго, потому и подвергаю, — сказал чужак. — Белые нитки, красные нити… Знакомо! А вот что одного взяли живьём, это вы молодец. Я его заберу с собой…

Ух, как мне хотелось крикнуть: «Это я, я взял! Отважный Чак Яррик!» Но вовремя вспомнил сказку про орла и черепаху…

— И бомба ваша не бомба, а муляж, — сказал господин советник. — Правда, весьма натурально сделанный…

— Не понимаю, — сказал Рашку. — Ведь счётчик…

— Да сунули туда фонящую железку, — сказал советник. — И всего-то…

— Не сходится, — сказал дозер. — Какой смысл?..

— Вот потому-то я и выполняю сейчас за вас вашу работу, — сказал советник. — Эти архи добросовестно установили бы устройство на дамбе. Но известно, что в зоне действия башни ПБЗ ядерные устройства не взрываются, а саморазрушаются. Поэтому была бы предпринята попытка уничтожить или захватить башню силами местных выродков-террористов, которая не удалась бы. Попробуйте догадаться, кто должен был командовать группой диверсантов? В результате мы получали повод санировать ДОЗ сверху донизу, а заодно напомнить обществу про угрозу со стороны Архипелага — потому что десанты на побережье уже мало кого интересуют. Так что не считайте себя спасителем Отечества…

— Я и так не считаю, — буркнул дозер. — Вам нужен другой отчёт?

— Правдивый отчёт, хотите вы сказать… Нет. Пусть всё остаётся как сложилось. Даже этот ваш капрал… как его?.. — очень удачно вписался в картину. Представьте его к награде, что ли. Еще есть отличившиеся? Какой-то фельдфебель-инвалид, если я ничего не путаю?

— Да. Фельдфебель Айго Дан-Дир…

— Отлично. В общем, представьте список — человек шесть, не больше, — я подпишу. И всё с этим делом. Я, собственно, прибыл по другому поводу, — сказал советник совсем другим тоном. — И вот — не успел. Я давно ищу одного человека… вернее, нашёл, светлая ему память… Поэтому сейчас мне нужна некая девочка — мы договорились с ней тут встретиться…

Представляю, какой джакч возник в мозгах у дозера!

— Да нет здесь никакой девочки, — сказал он. — У меня мышь…

— Ну-ну.

— Всё, — прошептала Рыба. — Мне пора. Я приведу его в комнату свиданий — дескать, там удобнее. Там и вправду удобнее. А ты… Ты знаешь, что делать. Мне как-то спокойней, когда ты рядом…

— У меня пистолеты забрали, — сказал я. — Пока валялся.

— Ну, натахорга-то при тебе, — сказала Рыба и, ловко обойдя жестяной лист, исчезла в чердачном окне.