Он бы долго еще бормотал свою чушь, но услышал, как захлопнулась дверь квартиры. С перепугу он уронил телефон — чуть не в унитаз, — вместо того чтобы выключить.

На площадку первого этажа Джона слетел как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ив исчезает в клетчатом вихре. Он окликнул ее по имени, однако Ив не оглянулась.

Вернувшись — ноги красные, мокрые, — он запер дверь на все замки, накинул цепочку.

Телефон при падении развалился, батарейка нашлась под ковриком ванной. Собрал — и телефон ожил.

НОМЕР НЕ ОПРЕДЕЛЕН

Он нажал зеленую кнопку.

Молчание. Чужое дыхание.

По окружавшим ее звукам он пытался угадать, где она. Гудят автомобили, громкая музыка, крики. На Сент-Маркс или на Второй авеню. Обуться и бежать за ней — пять минут, и он там.

— Ив?

— Напрасно ты это сделал, — только и сказала она.

Пятница, 26 ноября 2004

Белзер позвонил в обеденный перерыв. Джона — благо день был выходной, он не покидал свою квартиру — пересказал события прошлого вечера, пытаясь хоть как-то оправдать свои действия: почему он не предупредил родителей, когда она внезапно появилась на пороге, почему тогда жене вызвал полицию, почему притащил ее домой.

— Я не знал, что делать, — бормотал он. — Она держала на руках Гретхен.

— Жаль, что она не проявляла агрессию более откровенно.

— Вот уж о чем не жалею.

— Чем очевиднее угроза, тем проще объясняться с полицией.

— И так очевидна. Вы уж мне поверьте.

— Она — женщина.Ты — мужчина.Так устроен мир, сынок, смирись с этим. И по сути дела: она не совершила ничего противозаконного. Единственный случай — когда те парни сшибли тебя с ног, но и тут мало что можно предъявить. Ты же не вызвал полицию сразу.

— Она вломилась в мою квартиру.

— Забудь, — сказал Белзер. — Доказательств нет.

— Она явилась к моим родителям.

— И твоя мама открыла ей дверь и сама впустила ее. Давай сосредоточимся на текущем моменте. Ты воспринимаешь ее слова как угрозу.

— Это и есть угроза.

— Согласен. Согласен. И все же есть одна загвоздка: полицейские мало чем смогут нам помочь, поскольку неизвестно, где ее искать.

Этого Джона не ожидал.

— Вы же рассчитывали получить от них эту информацию.

— Рассчитывал. Все сведения, которые она дала о себе, — ложь. Адрес, телефон. По правде говоря, насчет имени я тоже сомневаюсь. Жжонс через «ж»? Где это слыхано?

Джона промолчал.

— Есть еще какой-нибудь способ выследить ее?

— Понятия не имею, — признался Джона.

Воскресенье, 28 ноября 2004

Поездка в Бронкс заняла около часа. Достаточно времени, чтобы придумать и отрепетировать вступительные строки:

Простите за беспокойство.

Простите, что побеспокоил вас в воскресенье.

Простите, если вам неприятно меня видеть.

Простите…

Он подумывал, не явиться ли под чужим именем, притвориться, что он из «Бикона». Однако не с его нервами выдержать обман, а если его разоблачат, он уже не вправе будет чего-то требовать.

Простите, что являюсь без предупреждения.

Простите, что испортил вам год. Десять лет. Всю вашу жизнь.

Простите.

Он откинулся к спинке, подобрал брошенную кем-то газету «Сегодня». Газета оказалась скучной, и он предпочел почитать объявления в вагоне. Вышел новый триллер, имя автора ничего не говорило Джоне: он не читал триллеры. Новый солодовый напиток сулил восхитительные ночные тусовки в компании людей с великолепными волосами. Бесплатную информацию о la prevencion de VIH [24] можно получить по телефону, на который указывала инфицированная, но бодрая девушка. На MTA карте подрисованы «Сука-стейшн» и «Авеню Щелка».

Джордж проявил подозрительное великодушие, когда Джона позвонил ему с утра отпроситься.

Каждому человеку нужно порой отдохнуть. Уж кто-кто, а я тебя понимаю.

Спасибо.

Я знаю, каково тебе приходится. Ты же знаешь, верно? В смысле, что я понимаю.

Да, Джордж.

Я всегда полагаюсь на тебя. Пропусти неделю — это не в счет.

(Ох уж это великодушие. Сейчас упадет снаряд.)