Шрифт:
На этом фешенебельном курорте, расположенном на небольшом острове у берегов Массачусетса, Луиза встретилась с юношей по имени Дэнни Глинкман. Она немного знала его и раньше — они встречались иногда на вечеринках в Кембридже, так как отец Дэнни тоже преподавал в университете, и теперь стали проводить довольно много времени вместе. В этих встречах не было ничего романтического; они не назначали друг другу свиданий — просто совершали вместе прогулки, плавали или забегали в кафе-мороженое на Оак-Блаффс. Ни о каком увлечении со стороны Луизы здесь не могло быть и речи, так как Дэнни был некрасив, ниже ее ростом и обладал всеми недостатками, свойственными, как это ни прискорбно, подросткам: прыщами, неуклюжестью и ломающимся голосом. Однако слушать то, что произносил порой этот ломающийся голос, было для Луизы куда интереснее, чем целоваться с надоедливыми курортными мальчиками вроде Бенни Лафлина, ибо Дэнни Глинкман прочел уйму книг, о которых она знала лишь понаслышке, — труды таких авторов, как Маркс или Плеханов.
— Ты обязательно должна прочесть, что они пишут, — говорил он Луизе по пути в кафе на Оак-Блаффс.
— Но они же коммунисты, верно?
— Разумеется. — Дэнни пожал плечами и улыбнулся чуточку вызывающе.
— Но они же неправы?
— Кто сказал, что они неправы?
— Ну как это кто… — Луиза растерянно развела руками. — Все.
— А я этого не считаю, — сказал Дэнни. — Я читал «Коммунистический Манифест», и мне вовсе не кажется, что все это неверно. Наоборот, звучит очень убедительно.
Луиза покачала головой.
— Ну, не знаю… Не знаю.
— И потом ты должна прочесть Прудона «Всякая собственность — это кража» [21] . Мне здорово понравилось.
Дэнни говорил спокойно, невозмутимо и произвел большое впечатление на Луизу, которая никогда не читала книг такого рода. Впрочем, если бы социальная несправедливость не была однажды наглядно доведена до ее сознания и чувства, возможно, что Дэнни с его увлеченностью Марксом показался бы ей таким же скучным, как другие мальчишки, у которых был свой конек — Юнг и коллективное подсознательное. Так жизненный опыт воздействует на нашу психику, а наша психика на наши поступки.
21
Книга Прудона называется «Что такое собственность», Дэнни подменяет название цитатой из этой книги.
— Иметь деньги гадко, — сказала она Дэнни, заговорщически понизив голос. — Я, правда, иной раз чувствую себя очень мерзко: понимаешь, Дэнни, в Африке я видела детей… детей и совсем крошечных младенцев, которым было нечего… ну абсолютно нечегоесть. И негде жить. И никакой помощи ниоткуда. А мы останавливались там в шикарных отелях и объедались до тошноты, и слуги чистили нам одежду…
— Вот это оно самое и есть, — сказал Дэнни. — И так повсюду, только здесь, у нас, не хотят в этом признаваться.
Луиза испуганно на него посмотрела.
— Здесь, у нас?
— Дети умирают в индейских резервациях, совершенно так же, как в Африке, потому что лишены настоящей пищи.
— Неужели правда? — воскликнула Луиза.
— И даже в Западной Виргинии дети у белых вырастают уродами. Многие дети — потому что они лишены протеина.
— В Западной Виргинии?
Дэнни кивнул, лицо его было серьезно.
— Так всегда было. Богачам наплевать на бедняков, а Америкой правят богатые.
— Но ведь коммунисты тоже не больше помогают беднякам, чем мы.
— Конечно, больше. Конечно, помогают. Они не дают людям умирать голодной смертью.
— Но они могут и убивать, верно?
— Верно.
— Это же плохо, разве нет?
— Не думаю, что убить преступника — это хуже, чем дать умереть невинному. По-моему, это лучше.
13
— Это просто ни на что не похоже, — сказала Лилиан Луизе. Семья сидела за ужином, гостей не было. — Джин сказала мне, что Бенни предложил тебе пойти с ним к Напьерам на барбекью [22] , а ты ответила, что предпочитаешь пойти одна.
22
Пикник или прием на открытом воздухе, где гостям подают мясо, жаренное на вертеле.
— Ну и что, — сказала Луиза. — Да, предпочитаю.
Лаура рассмеялась.
— Я тоже.
— Просто не понимаю, что вы имеете против Бенни, — сказала Лилиан. — Он же нравился вам раньше.
— Он какой-то глупый, — сказала Лаура, улыбаясь безмятежной детской улыбкой, предназначавшейся всем и никому.
— Он совсем не глуп, — сказала Лилиан. — Как ты считаешь, Гарри?
— Да нет, — сказал Генри. — Не слишком.
— Только потому, — сказала Лилиан, — что он предпочитает говорить о «ред соксах» [23] , а не о Жан-Поле Сартре…
— Да не потому, мама, — сказала Луиза. — Я вообще ничего не имею против глупых людей. Просто он даже не очень… хорошо воспитан.
— Как ты можешь так говорить! — воскликнула Лилиан, — когда он — сын близкого друга твоего отца? Или, может быть, ты считаешь, — саркастически добавила она, — что Билл тоже не очень хорошо воспитан?
23
Бейсбольная команда.